10:45
Понеділок, 13 Серпня 2018

Максим Кривицкий: В спутнике цифры «2+2» сопоставимы даже с ICTV

Генпродюсер «2+2» — о том, как телеканалу удалось остаться в аналоге после его отключения и насколько неожиданным для менеджмента оказалось это временное преимущество в покрытии
Максим Кривицкий: В спутнике цифры «2+2» сопоставимы даже с ICTV
Максим Кривицкий: В спутнике цифры «2+2» сопоставимы даже с ICTV

Первого августа состоялось тестовое отключение эфирного аналогового телевещания в Киеве и Кировоградской области. Однако отключение наступило не для всех вещателей. Например, телеканал «2+2», несмотря на имеющуюся национальную цифровую лицензию, сохранил вещание в аналоге до конца года. И в результате в первый день отключения аналога в столице оказался на четвертом месте. Причем как и в прошлом году, осенний сезон вещатель решил начать раньше всех — 13 августа.

Как телеканалу удалось остаться в аналоге, насколько неожиданным для него оказался этот «перевернувшийся грузовик с пряниками» и насколько его менеджмент готов воспользоваться временно образовавшимся преимуществом в покрытии, «Детектор медиа» поговорил с генеральным продюсером «2+2» Максимом Кривицким.

— Максим, судя по тому, что в этом году у вас снова ранний старт сезона, прошлогодний опыт вам понравился?

— Да, мы не изменяем своим правилам, хотим первыми показывать зрителям свои премьеры. Тем более, что нам способствует ситуация с большими телеканалами, на которых, как правило, сезон начинается в сентябре. 13 августа мы начинаем с собственного сериала: третьего сезона «Опера по вызову». Также мы планируем обновленную линейку «Загубленого світу», усиленную сетку по кинопоказу и комедийное скетч-шоу «Он, она и телевизор» с новыми героями. Такого грандиозного обновления, как в прошлом году при релонче, не будет.

Читайте також

— Все ли проекты, которые вы презентовали в прошлом году при релонче, вы продолжаете сейчас?

Мы не продолжаем «Бандерлоги». Проект был успешным, но дорогостоящим для нас. Помните, мы заявляли, что хотим выйти на положительную маржинальность, то есть чтобы все проекты начали зарабатывать деньги? Мы перевзвесили весь контент и оставили только тот, который может собирать долю несколько раз (за исключением новостей, естественно). Например, сейчас выходит уже пятый показ сериала «Команда», и он собирает те же цифры, что и при премьере.

После перевзвешивания остались детективные сериалы, но мы пытаемся их разнообразить, поэтому не планируем сразу много сезонов. Сейчас у нас выйдут уже упомянутый «Опер по вызову» и «Ментовские войны». И в марте-апреле покажем новый сериал. Я пока не хочу говорить название, он в стадии написания сценария и утверждения кастинга. Всего в разработке у нас 3–4 новых сериала. Начиная с релонча, на канале вышло 260 часов сериалов собственного производства. Это чуть меньше, чем мы планировали: предполагалось, что их будет под триста.

Что касается «Загубленого світу», то мы сократили количество продакшенов, с которыми сотрудничали: остались только те, кто собирали самые большие цифры, — «1+1 продакшн», творческая группа Максима Сухенко в нашей медиагруппе, а также «Студия Пилот» (кроме перечисленных продакшнов, в прошлом году «Загублений світ» снимала также Film.ua Group. — Ред.).

— В новом осеннем и затем весеннем сезоне вы останетесь с тем же объемом производства?

— Да. Мы планируем начать весенний сезон в первых числах февраля или в конце января и закончить в середине — конце мая, то есть будем делать чуть больше эпизодов, если позволит производственный процесс.

— Соотношение между информационным контентом, кинопоказом и снятыми по заказу канала сериалами останется таким же, как было, или чего-то станет больше, а чего-то меньше?

— Нам удалось внести изменения в программную концепцию вещания (распределение по жанрам) и теперь мы сможем быть более свободными в распределении кино, сериалов и информационного вещания по сетке внутри недели. И сможем показывать больше кино. Кинопоказ сейчас делает вклад около 30–40 % в долю нашего телеканала, его увеличение поможет нам не так часто повторять наши сериалы. «Одиночку», «Команду» мы за полтора года показали пять раз. Для нормальной работы продуктов это все-таки очень часто.

— Кинопоказ вы берете из библиотеки «1+1 медиа»? Как вы его учитываете при бюджетировании: внутри группы происходит зачет суммами или же фильмы достаются вам за ноль гривен?

— Нет, кинопоказ — это наши собственные закупки. У «1+1 медиа» есть общий отдел закупок. Когда формируются пакеты с дистрибьюторами, все каналы принимают финансовое участие. Дистрибьюторы точно понимают, какой канал и за сколько покупает конкретный продукт.

— То есть цена у дистрибьюторов отличается в зависимости от того, какому каналу они продают один и тот же контент?

— Конечно, чем крупнее телеканал, тем выше ожидания дистрибьютора. Но сила группы в том, что мы можем сформировать больший пакет, беря объемом.

— В ночь на 1 августа медийщики встречали полночь, как в Новый год: ждали отключения аналога и держали наготове шампанское. Почему оставили аналоговое вещание «2+2» в Киеве? У вас же есть цифровая лицензия.

— Потому что у нас нет национальной аналоговой лицензии, а набор региональных. А как вы знаете, было принято решение не отключать аналоговое вещание для региональных телеканалов до конца 2018 года.

— То есть вы, фактически являясь национальным каналом, в аналоге были собраны из региональных лицензий?

— Да, сеть была построена таким образом. Но у нас нет статуса национального телеканала.

— А какой формальный критерий этого статуса?

— Наверное, если лицензия на вещание выдавалась единоразово для всей территории страны.

— И теперь у вас неожиданный праздник?

— Да, именно так. Как минимум до конца года наше вещание в аналоге будет оставлено. Как и вещание «UA: Першого» и «ПлюсПлюс». Но у нас очень сильные позиции в спутнике, кабеле и цифре. И мы были готовы к тому, что как только аналог отключится, они только укрепятся еще больше. У наших ближайших конкурентов (ICTV и НТН. — Ред.) было сильное эфирное покрытие, но в спутнике наши цифры по целевой аудитории сопоставимы даже с ICTV.

— Почему в этот момент, когда вы временно получаете преимущество в покрытии, вы не сделали упор еще и на дополнительные инвестиции в контент?

— Наша стратегия основана на том, что можно спрогнозировать, а сроки отключения постоянно менялись. Мы закладываем производство контента, который имеет многогранный потенциал. И мы должны создать такое его количество, которое позволило бы нам существовать в долгосрочной перспективе. Поэтому ставки все равно делаются на те инструменты, которые позволят нам базово существовать и развиваться.

— До какого момента для вас существовала неопределенность, начнут ли отключать аналог?

— Мы этого ждали, хотели, но все равно старались выстраивать стратегию так, чтобы даже если этого не произойдет, у нас было все в порядке. Я думаю, что результаты отключения мы увидим месяца через два.

— Ну, нет же двух месяцев на раздумья; ровно через месяц после начала тестового отключения надо отключать все остальное.

— Сейчас люди находятся в отпусках. И это тоже сильно повлияет. Ближе к сентябрю будет понятно.

— Давайте поговорим не о том, что вы показываете, а о том, чего у вас нет. В прошлом году вы показывали соревнования по смешанным единоборствам UFC…

— Они и сейчас у нас остаются. У этого направления есть спонсорство, так что оно для нас окупаемо. К тому же этот продукт нашел своих зрителей, которые приходят специально на него, и этот слот не меняется — в пятницу с повтором в воскресенье.

— Вы хотели бы показывать больше спорта, если бы он, к примеру, стоил дешевле?

— Мы бы хотели больше спорта, который смотрит аудитория телеканала. Когда спорт разбивает смотрение телезрителей, это нас не устраивает. Поэтому мы не ограничиваемся в поиске одним только UFC. Мы ищем тот спорт, который бы работал на общую аудиторию телеканала. У нас есть футбол, который мы можем себе позволить в некотором объеме. И пока что этого достаточно.

— У вас Премьер-лига?

— У нас не Премьер-лига. Мы показываем матчи отдельных клубов.

Раньше футбола у нас было намного больше. Сейчас мы его сокращаем. Футбольная аудитория — не спортивная, а именно футбольная — сильно отличается от аудитории телеканала. Это зрители, которые специально приходят на футбольные трансляции. Поэтому мы стараемся показывать либо самые знаковые матчи, либо те, которые фанаты телеканала «2+2» привыкли смотреть — например, игры «Динамо» (Киев) (клубом владеет совладелец «2+2» Игорь Суркис. — Ред.).

— С какими командами вы сотрудничаете, кроме «Динамо»?

— Кроме «Динамо», у нас есть «Заря» (владелец — народный депутат, член группы «Партия “Возрождение”» Евгений Геллер. — Ред.) — матчи с ее участием мы точно будем показывать осенью.

— И к чему придет рынок? ZIK будет показывать «Карпаты» (обоими владеют Петр Дыминский и члены его семьи. — Ред.), вы — «Динамо» и «Зарю», МГУ — «Шахтер» (владелец медиагруппы и клуба — Ринат Ахметов. — Ред.)?

— Да, это по-своему удобно.

У нас есть программа «Профутбол». Мы сотрудничаем с другими медиагруппами: получаем материалы от них, а они — от нас. Таким образом в этой программе достигается разнообразие.

— Вы договорились о продаже друг другу фрагментов матчей?

— Мы делимся. Это дружественное сотрудничество между спортивными редакциями.

— С какими телеканалами и медиагруппами у вас организован такой обмен?

— С МГУ: «Футбол 1» и «Футбол 2», прежде всего.

— Принято думать, что если руководишь каналом, который показывает в основном развлекательный контент, то столкнуться с политикой не грозит. Но иногда место политике находится и в развлекательных программах. У меня к вам вопрос просто как к эксперту рынка: как вы оцениваете историю с показом футбольного чемпионата в России? На месте НСТУ вы бы его отдали «Интеру»? И показывали бы вы его на месте «Интера»?

— Думаю, что НСТУ в данном случае руководствовалась бизнес-аргументами — как я понимаю, дело в деньгах, которые необходимо было компенсировать по контракту с UEFA.

Могу сказать о себе, что в этот раз я футбол не смотрел. Я не большой футбольный фанат, но чемпионатами мира обычно интересуюсь. В этот раз смотрел только два финальных матча. Просто там хорваты были за своих (смеется. — Ред.).

— Я узнала, что по крайней мере один из топ-шести телеканалов тщательно проверяет свои сериалы в фокус-группах: подбирает аудиторию фанатов, тестирует на них сценарные ходы, героев и даже названия. Причем даже не на этапе пилота, а когда снято уже несколько серий. Делаете ли вы что-то подобное и насколько распространена эта практика сейчас в Украине?

— Мы еще не можем позволить себе настолько заблаговременное планирование — продукт у нас выходит в эфир практически со съемочной площадки. Менеджмент «2+2» сам его отсматривает, вносит правки. Фокус-группы мы проводили, но уже постфактум, когда продукт был в эфире. Например, нам было важно понять, как зрители воспринимают нашу брендообразующую линейку «Загублений світ»: как документальную полезную, информативную или развлекательную. Пользуясь этими данными, мы многое корректировали для нового осеннего сезона.

— И как воспринимают?

— Некоторые ругают. Это тоже хорошо. Но большинство зрителей воспринимают «Загублений світ» как альтернативу тому, что они привыкли видеть. Им это нравится, заставляет думать и мечтать.

— Пару недель назад была новость о том, что издательство Condé Nast закрыло журнал Гвинет Пэлтроу Goop с формулировкой, что невозможно найти доказательства фактов о нетрадиционной медицине, приводимых в этом издании. Для меня это было очень показательно, потому что у нас такие программы и издания нормально воспринимаются широкой аудиторией, журналистами и медиаменеджерами, и никто ничего не пытается доказывать.

— Мы стараемся верить и доказывать то, о чем рассказываем. Это не всегда получается, но чтобы продукт был успешным, по-другому нельзя. То есть либо мы верим и делаем этот продукт, либо не верим и тогда не делаем.

— Вы не жалеете, что вернулись работать в Украину (до прихода на «2+2» Максим Кривицкий несколько лет работал программным директором российского телеканала «Пятница». — Ред.)?

— Нет, мне очень нравится работать в «1+1 медиа». Мне нравится, что здесь ценят нормальные человеческие качества и можно работать в комфортных условиях. Когда я работал в России, у меня был прекрасный коллектив, но сложные отношения с руководством. И я думаю, что там все-таки существует другое отношение к тем, кто приезжает работать из-за рубежа: что этих людей можно использовать по максимуму, пока не сотрутся.

И особенно мне понравилось, что не пришлось сильно менять команду телеканала, людей, которые давно здесь работают — спустя полтора года на 80 % остался тот же состав, который и раньше делал «2+2». Мы нашли с ними общий язык, подход к работе. Это вообще в моих правилах: я не отказываюсь от людей с первого разговора, пытаюсь найти здравое зерно или направление, в котором человек может быть успешным. И мы начинаем вместе его разрабатывать.

У нас демократичный подход. Конечно, последнее слово всегда остается за руководителем, но любое решение мы стремимся обсуждать. Я стараюсь услышать мнение каждого, тогда у людей появляется мотивация что-то делать. При этом для нас важен каждый человек и то, каким образом мы будем достигать запланированного результата, важно его профессиональное опытное мнение, а не личные предпочтения. К примеру, мне нравятся программы Discovery про мишек, природу, но это не значит, что я должен покупать эти программы. У нас есть свои зрители и мы стараемся найти тот контент, который максимально подошел бы этим телезрителям. Естественно, есть такие понятия как фишка, опыт, чуйка — на них мы тоже полагаемся.

— Изменилась ли ваша аудитория в результате релонча? Стало ли больше женщин?

— Да, как мы и надеялись, нас стало смотреть больше женщин. Сначала они зашли на западные сериалы — унас шел сериал «Кости», а сейчас идет «Касл». Потом они раскусили, что можно смотреть и наши собственные сериалы. Сейчас примерное соотношение мужчин и женщин — 60 / 40, а раньше женщин было намного меньше.

Женщинам важно, чтобы на телеканале не было продукта, который их раздражает. Если женщину все устраивает, она как минимум не будет заставлять своего мужчину переключать телеканал. Нам этого достаточно. Когда мы проводим исследования, фокус-группы, то стараемся выделить важные нюансы, которые могут отпугивать женскую аудиторию.

— От нескольких людей на рынке я слышала, что ваше решение показывать «Кости» они считают удачным. Почему вы решили его показывать? Будет ли у вас еще больше западных сериалов? Говорит ли это о том, что украинские сериалы не такого высокого качества и зрители от них устали?

— Решение купить западный сериал и начать выстраивать линейки вокруг такого продукта основывалось на опыте. В течение последних 10–15 лет на украинском рынке показывали много своих и российских сериалов. Западным уделяли мало времени, как правило, их расставляли не в приоритетные слоты. Конечно, были исключения, к примеру «Доктор Хаус», «Сверхъестественное», «Lie to me». Мы подумали: почему бы нам не найти на мировом рынке сериалы такого же уровня и качества и не поставить себе в эфир? Так и сделали.

Естественно, мы хотим получить пул самых лучших сериалов и оставить эту линейку с нами на длительное время. Сейчас «Касл» радует нас так же, как и «Кости». Думаю, мы будем вводить еще несколько сериалов, над покупкой которых сейчас работаем с нашими партнерами.

— Важно ли для вас, чтобы это были премьерные в Украине сериалы или новейшие сезоны уже показанных?

— Нет, для нас важно, чтобы зрители смотрели. У большинства зрителей есть возможность посмотреть эти сериалы в интернете, но мы обеспечиваем им самое комфортное время и удобный доступ. И не нужно тратить силы на поиски. На это сделана ставка.

— На питчинг патриотических сериалов «2+2» подал на один проект меньше, чем ваш «старший брат» — «1+1», да еще и при сопоставимых бюджетах за эпизод. Как выбирали внутри группы, для кого подавать проекты, и как вы убедили руководство, что это нужно вам?

— Вы у меня спрашивали, нравится ли мне здесь работать. Мне импонирует то, что руководство группы занимается развитием всех телеканалов. Чьи проекты в тот момент были готовы к подаче на питчинг в Минкульт, те и были поданы.

Касаемо бюджетов, я думаю, все понимают, что можно просить суммы гораздо большие, чем рынок может себе позволить. Но если мы будем иногда снимать сериалы за $150 тыс., а иногда — за $20 тыс., то зрители нас не поймут. Лучше быть постоянными и эволюционировать в создании продукта в тех рамках, которые мы всегда можем себе позволить.

— Вы сказали, что подавали те проекты, которые были готовы к подаче, но на самом деле — нет. Потому что один проект «1+1» («Виклик №5». — Ред.) и один ваш («Поліцейська академія». — Ред.) имели прописанные сценарии только для одной серии, а организаторы конкурса просили 12.

— Все зависит от критериев готовности. На конкурсе критерии были более жесткие, чем мы привыкли, когда сами принимаем решение. Ведь когда написано уже 12 эпизодов — это фактически точно принятое решение о производстве сериала. Обычно продюсеру для принятия решения об успешности или неуспешности того или иного продукта достаточно одного-двух полноценных эпизодов и поэпизодников для остальных серий. Поэтому что у нас на тот момент было, то мы и подавали. К сожалению, критерии Минкульта не позволили этим проектам пройти дальше.

— Во время питчинга все начали сравнивать заявки «Рейнджер» (внутренний продакшн «1+1 медиа» «ТЕТ Продакшн» для «2+2». — Ред.) и «Шериф» (внутренний продакшн StarLightMedia «Прокино» для ICTV. — Ред.). Они действительно так похожи? Я, к сожалению, не знаю, поскольку описаний проектов не было в открытом доступе.

— «Шериф» — это комедия, «Рейнджер» — приключенческий детектив, драма. Каким образом можно было сказать, что это схожие проекты, я не знаю. По мне, они абсолютно разные — и по тому, как их производят, и по тому, в какие слоты они расставляются, и по тому, как они конкурируют — а вернее, не конкурируют — между собой.

— Правда ли, что на «1+1» уже выходил сериал, который стоил дешевле, чем сериалы на «2+2»?

— Да, выходил — «Школа». Производить такие сериалы очень сложно. На «1+1» аудитория заточена на горизонтальный долгоиграющий продукт. У нас аудитория немного другая. Специфика мужского смотрения такова, что все они хотят результаты здесь и сейчас. Если в каждой серии не было зрелищного финала, то дальше они, скорее всего, этот сериал смотреть не будут. То есть мужчинам нужен экшен, динамика. Сложно снимать такой продукт дешевле, чем это делаем мы.

— Почему я сравниваю ваши бюджеты с бюджетами «1+1»: в своем интервью полтора года назад вы говорили мне, что в перспективе хотели бы, чтобы контент, который снимается по заказу вашего канала, был показан не только на «2+2», но и на других вещателях группы.

— А мы от этой идеи и не отказываемся. Пока ищем совместные жанры, которые могли бы заинтересовать все телеканалы. У нас есть рабочие группы, которые рассматривают такие проекты. Приведу не референтный для «1+1 медиа» пример: допустим, военные сериалы телеканала ICTV могут выходить на «Интер» и даже на «Украине», правильно?

— Также во время прошлогоднего интервью вы говорили, что хотели бы найти копродукционного партнера для своих сериалов. Движетесь ли вы в этом направлении?

— Да, мы снимаем пилот сериала «Фантом», чтобы его можно было показать на рынке — например, в Каннах — и продать другому телеканалу. В той же России, или в Казахстане, или в Беларуси такой проект кого-нибудь заинтересует. Мы уже предлагали его даже полякам и чехам, но все хотят видеть что-то более ощутимое — пилотный эпизод.

Мы решили найти актеров, которые могли бы подойти всем. Надеюсь, у нас получается. История такая, которая точно заинтересует многих, ведь она уже популярна.

— Что вы имеете в виду, говоря, что она уже популярна? Вы купили формат? Или она основана на каких-то известных событиях?

— Нет, формат мы не покупали. Это детектив. Есть классические подходы к написанию детективных историй, и мы воспользовались самыми успешными.

— Будет ли готов пилот к европейским кинорынкам в следующем году?

— Мы надеемся, что он будет готов уже к концу сентября.

Фото: Павел Шевчук

Всі матеріали розділу / жанру:
* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
2321
Переглядів
Коментарі
Код:
Им'я:
Текст:
Коментувати
Коментувати
Нові тексти на ДМ
2016 — 2018 Dev.
Andrey U. Chulkov
Develop