Опитування
/
Результати

Що, на Вашу думку, потрібно зробити на порталі «Детектор медіа» першим кроком, щоб портал став для Вас кращим?

Мені все подобається
Поліпшити якість подачі інформації
Збільшити інформаційне охоплення
Поліпшити дизайн порталу
Поліпшити сервіси порталу
Додати нові сервіси
Свій варіант

Що, на Вашу думку, потрібно зробити на порталі «Детектор медіа» першим кроком, щоб портал став для Вас кращим?

Мені все подобається
24.4% (83)
 
Поліпшити якість подачі інформації
18.8% (64)
 
Збільшити інформаційне охоплення
19.4% (66)
 
Поліпшити дизайн порталу
15.0% (51)
 
Поліпшити сервіси порталу
1.5% (5)
 
Додати нові сервіси
5.3% (18)
 
Свій варіант
15.6% (53)
 
Загалом відповідей: 340
11:40
Понеділок, 13 Березня 2017

Генпродюсер ZIK Гайгысыз Гелдиев: «Если бы все можно было купить за деньги, то медиарынок был бы совсем другим»

Новый генеральный продюсер ZIK — о стратегии превращения регионального вещателя в национального
Генпродюсер ZIK Гайгысыз Гелдиев: «Если бы все можно было купить за деньги, то медиарынок был бы совсем другим»
Генпродюсер ZIK Гайгысыз Гелдиев: «Если бы все можно было купить за деньги, то медиарынок был бы совсем другим»

17 января новым генеральным продюсером телеканала ZIK стал Гайгысыз Гелдиев. До прихода на ZIK он с марта 2016 года работал продюсером вечернего прайма на канале «112 Украина», а еще ранее участвовал в производстве программы «Стосується кожного» на «Интере» (2014–2015 гг.) и «Народна прокуратура» на «112 Украина» (2014–2016 гг.). В Украину из Туркменистана Гайгысыз Гелдиев приехал в 2009 году учиться, закончил Киевский национальный экономический университет им. Вадима Гетьмана по специальности «Международная экономика». Сейчас молодому медиаменеджеру 25 лет.

Смена генпродюсера ZIK совпала с масштабными изменениями: вещатель стал обладателем общенациональной цифровой лицензии и начал превращаться из регионального львовского канала в национальный. «Детектор медиа» встретился с Гайгысызом Гелдиевым в стенах открытого осенью прошлого года аппаратно-студийного комплекса ZIK в киевском Октябрьском дворце и расспросил его о первых шагах в новой должности, новом сезоне, кадровых назначениях и планах на ближайшее будущее. Разговор получился очень откровенным.

– Гайгысыз, я знаю, что вы готовите новые проекты. Расскажите о них, пожалуйста.

– Да, канал готовится перезапуститься к новому весеннему сезону. Мы построили новую студию.

– Вы построили ее здесь же, в Октябрьском дворце?

– Да, здесь же. Перенесем туда три старых проекта и запустим три новых. В новой студии будут выходить две программы Натальи Влащенко. Один проект Влащенко будет типа Hard Talk («Hard з Влащенко». — ДМ): мы чуть-чуть поменяем его содержание и хронометраж по сравнению с тем, в каком виде программа выходила на «112 Украина». А второй ее проект будет называться «Перші другі». Он будет о людях, которые стоят за нашими политиками — об их женах и мужьях. Мы будем общаться с ними на разные темы: о политике, о бытовых, личных вопросах.

Также в новой студии будут сниматься Остап Дроздов со своим авторским проектом и Сергей Рахманин со своей программой «Гра в класику». Еще к нам присоединилась Татьяна Даниленко с авторским проектом Face 2 Face, — его тоже планируем снимать в этой студии. В этой же студии будем снимать журналистские расследования «Остання інстанція», подводки. Все это будет запускаться с 13 марта, сетка будет обновляться постепенно.

А еще мы планируем в ближайшем будущем открыть собственный корпункт в Брюсселе и в Европарламенте.

– И теперь, если я все правильно понимаю, у вас в этом здании две студии: одна под эти новые проекты и одна под новости, которую я видела на презентации в октябре?

– Да, это две отдельные студии. Но можно сказать, что их даже три: в первой студии, которую вы видели на презентации, две съемочные площадки. Одна — под новости, а вторая — под talkings — студийные программы, где наши ведущие общаются с гостями на актуальные темы.

– У вас уже есть ощущение, что вам в этом здании тесно?

– Да, конечно, тесно, но мы же расширяем сетку. Сейчас мы оптимизируем все таким образом, чтобы имеющиеся ресурсы давали больше продуктов. И все равно мы видим, что людям здесь тесно: например, там, где раньше у нас стояли диваны для гостей, мы уже оборудовали четыре новых рабочих места.

– Значит ли это, что вы можете начать расширяться в этом здании? Снять в Октябрьском дополнительные площади?

– Физически тут пока некуда расширяться, но нам в этом офисе хорошо.

– Еще у вас есть студия на Берковецкой в Киеве и студия во Львове. Какая из них чем занимается и как будет меняться их загрузка?

– На Берковецкой снимаются программы журналистских расследований. А Львов — это место, откуда канал начинал свой путь. Там суперкрутой павильон на 600 кв. м. Таких в Украине не очень много. Он у нас в аренде, но мы его практически не используем. Когда-то там писались первые, крутые программы канала ZIK, но сейчас там мало что осталось: во львовской студии старенькая техника, которая не тянет на тот уровень, который мы уже начали внедрять в Киеве. Во львовской студии до недавнего времени писалась программа «Прямим текстом» Остапа Дроздова, но сейчас она будет перенесена в Киев, откуда Остап Дроздов будет вести ее в прямом эфире.

– А программы Рахманина, Влащенко тоже будут в прямом эфире?

– Да. Но не все проекты Влащенко. Кстати, когда мы говорим о Рахманине, то речь тоже не об одной программе: мы с ним собираемся делать еще один крутой проект.

А самым главным нововведением на канале будет интеграция зрителя в эфир. Зритель на нашем канале будет не потребителем информации, а реальным участником ее создания и обсуждения. Сейчас мы думаем над тем, как использовать все наши ресурсы, чтобы они генерировали аудиторию друг для друга. Не всегда можно просто оторвать человека от интернета и усадить перед телевизором. Моя задача — чтобы продукт, который мы делаем для телевидения, был адаптирован под интернет-аудиторию. Во всех проектах, какой бы авторский стиль у кого ни был, зритель будет основным игроком везде, где это возможно сделать.

– То есть это будут звонки в студию?

– Звонки, Skype, Facebook. Может быть, в будущем — какое-то собственное приложение, в которое они будут включаться. У человека будет прямая связь с его любимым ведущим. Он сможет адресовать вопрос в эфире не только гостю, но и самому ведущему.

– Примерно в 20112012 году был проект с похожей идеей — телевизионная социальная сеть Say.tv. Я так понимаю, вы имели к ней какое-то отношение, работали там?

– Да, я был бета-тестером. Платформу разработал Антон Канонов, это была его идея — создать телевизионную социальную сеть. Продюсером Say.tv был Алексей Семенов (позднее — генпродюсер «112 Украина» и NewsOne. — ДМ), мой знакомый.

Я думаю, что создавать социальную сеть Say.tv после Facebook, «ВКонтакте» было уже поздно. Но как телевизионная социальная сеть, которая хотела интегрировать зрителя в процесс телепроизводства, проект был очень ранним. Сейчас некоторые каналы только-только начинают использовать некоторые аналогичные ему функции. А мы разрабатывали это пять лет назад.

– Будете ли вы сейчас использовать тот опыт?

– Частично могу. В чем тогда заключалась идея? Это была платформа, с помощью которой люди могли включаться в эфир любого телеканала. Семенов и его команда вели переговоры со всеми украинскими каналами. Проект не пошел исключительно потому, что не все каналы были готовы давать возможность своим зрителям непосредственно участвовать в их эфире. Я все-таки к телевидению отношусь как к площадке, которая может быть использована в интересах общественности. А мы знаем, что интересы общественности — это не всегда политика; это то, что нужно людям.

– Насколько я знаю историю украинского телевидения, именно на базе Say.tv вырос канал «112 Украина»?

– Да.

– А вы сразу с Say.tv перешли на «112 Украина» или у вас был перерыв?

– Нет, был перерыв.

Работать на ТВ я начал на телеканале «Интер» в 2014 году. Там была и есть программа «Стосується кожного». В этой программе я был администратором: вначале носил кофе, чай, встречал гостей, давал им на подпись типовой договор на участие в программе. Спустя время мне доверили чуть больше, начал уже павильоны открывать-закрывать. Потом (в том же 2014 году. — ДМ) начал на «112 Украина» почти на такой же должности, ассистентом продюсера. Трудился, время проходило, полномочия увеличивались, брал на себя инициативу, лез везде, где надо и не надо.

«112 Украина» — это канал, где реализовать себя может каждый. Я видел, как он рос и вместе с ним росли люди: он генерировал личностей, которых до этого вообще никто не знал. И я говорю не только о медиасотрудниках, но еще и о многих экспертах, политиках, которые выросли в эфирах «112 Украина».

Сейчас я пришел на ZIK, будем делать его еще лучше. Все, что знаю, буду внедрять; чего не знаю — учиться. Двигаться будем точно.

– Помогает ли вам кто-то на ZIK? Может быть, вы наняли внешних консультантов?

– Мой единственный консультант — это моя голова и моя интуиция.

– Вы как генеральный продюсер отвечаете за все программное наполнение?

– За все.

Когда открылась студия в Октябрьском, сразу стало заметно, какая программа откуда выходит. Моя первая задача — объединить все производство изнутри и снаружи. Чтобы все было стандартизировано. И если нет возможности хорошо снимать во Львове, то надо это делать тут.

Например, во Львове снимается суперкрутая программа Вахтанга Кипиани «Історична правда». Львовская команда снимает ее не хуже, чем это делают в Киеве, а временами даже лучше. Креативный продюсер программы Оля Мовчан предложила снимать дополнительный проект, в котором программу будут обсуждать с гостями в студийном формате. Причем гости должны быть топ-уровня, не какие-то местечковые эксперты. Я спросил: «Вы готовы приезжать сниматься в Киев?» Она ответила: «Да». И вот мы сейчас готовим студию, новую «одежку» под них, графику.

Читайте також

– Я не случайно так допытываюсь по поводу того, что в каком городе теперь будет производиться. Когда я была осенью на презентации студии в Октябрьском, я услышала в кулуарах, что львовская команда якобы недовольна, что наняли много киевских менеджеров и несколько отодвинули львовскую команду. Сколько «новой крови» пришло и еще придет на канал и сколько старых кадров сохранится?

– Первым делом после назначения я поехал во Львов встречаться со всеми, кто там работает, не только с руководством. Я был очень удивлен: это реальные патриоты канала. Не в обиду киевской команде, но такого энтузиазма я не видел нигде. Это люди, которые стояли у истоков ZIK. Может быть, им было обидно, что, как вы говорите, их канал забрали и они стали меньшей частью целого. Но это не так: они останутся неотъемлемой частью телеканала, но их задача — расти вместе с каналом и из региональных журналистов превратиться в элиту национальной журналистики, которой захочет подражать весь рынок. И для этого они необязательно должны сюда переезжать.

Что бы ни создавалось на канале ZIK, мы всегда будем в первую очередь рассматривать внутренний резерв и никогда не будем приводить кого-то с улицы, если можем выполнить задачу своими силами.

– Сколько людей работает на канале?

– Примерно триста во всем холдинге, это производственные и вспомогательные службы.

– И сколько в Киеве, а сколько во Львове?

– Во Львове — все руководство, которое создавало канал. Плюс во Львове сайт, информационное агентство, команда Кипиани... Почти пополам, наверное.

– И директор ZIK во Львове?

– Да. Руководство формально живет там, но они постоянно в Киеве: приезжают в начале недели и уезжают в конце, в последнее время мы даже ночуем на канале (смеется. — ДМ). Руководство — это генеральный директор холдинга Игорь Туркевич, шеф-редактор телеканала Данило Никуленко, программный директор Андрей Карпинский и технический директор Виктор Козий.

Все эти люди — костяк команды, они являются топ-менеджментом телеканала. И поэтому я недоумеваю, когда говорят, что киевская команда всех вытеснила.

– По рынку ходят слухи, которые тревожат меня гораздо сильнее реального или мнимого недовольства части сотрудников канала. Почему-то и столичные журналисты, и даже некоторые политики высокого ранга в кулуарах начали говорить о том, что настоящим собственником ZIK якобы является Александр Клименко. Дошел ли до вас этот слух?

– Многие в тех же кулуарах говорят, что «Детектор медиа» занимается заказными вещами в целях некоторых политиков, но я же не верю в это! Я не занимаюсь и никогда не занимался политикой, и комментировать слова политиков не буду. Вы же сами написали в «Детекторе медиа», что конечный бенефициар канала ZIK — Петр Дыминский. Мы открыто показали структуру собственности, чтобы не было никаких спекуляций на эту тему. Я с ним лично общался и говорил: канал вам принадлежит, люди должны знать об этом.

Человек он небедный и успешный. Будет ли он позволять использовать себя в качестве подставного лица? Думаю, вряд ли. Если когда-то появятся доказательства, что канал принадлежит кому-то, я с удовольствием их прокомментирую. Что говорить по поводу слухов, даже не знаю: я сосредоточен на самом канале, его контенте, развитии и успехе.

– Я так понимаю, что у вас сейчас есть вакансии. Недавно одна молодая журналистка интересовалась у меня, стоит ли ей идти работать на ZIK. Ее волновал конкретный вопрос: не столкнется ли она с вмешательством собственника в редакционную политику?

– Что вы ей ответили?

– Я сказала, что учитывая невысокую позицию, на которую она претендует, ей следует скорее смотреть на человека, который будет ее непосредственным руководителем — чтобы ей было комфортно с ним работать…

– Вакансии есть в любом медиа. Это хорошо: когда есть спрос — есть рынок труда. Что касается нашей редакционной политики, то она свободна от влияния инвестора. До нынешнего момента мне еще никто не пытался диктовать, как надо делать канал, который я возглавляю.

– То есть Петр Дыминский не говорит: «Не поднимайте такие-то темы» или «Не приглашайте таких-то экспертов»? Или: «Давайте замочим Садового»?

– Нет. Вы же сами можете включить наш канал и убедиться, «мочим» мы Садового или нет. Более того, я будут только рад, если господин Садовой захочет прийти к нам на эфир.

Относительно Петра Петровича Дыминского. Он мне никогда не говорит, кого брать, что делать. И не думайте, что у нас с ним какая-то постоянная связь: я видел его всего несколько раз. Первый раз — когда мы знакомились, и потом пару раз — когда я рассказывал о стратегии. Он заинтересован, чтобы канал рос. И он доверил канал нашей команде.

Вы наняли руководителя направления журналистских расследований — Дарину Шевченко. Раньше эту позицию и позицию генпродюсера совмещал один человек.

– Серьезно?

Да, поскольку журналистские расследования были ключевым продуктом.

– Они остаются, усиливаются. Не сейчас, но в скором времени появятся еще пару проектов в этом направлении.

Какие задачи вы поставили перед Дариной Шевченко? Когда она должна вам представить какие-то новые проекты?

– Главное, чтобы в наших расследованиях были стандарты журналистики. Обязательно, везде. Чтобы были представлены все позиции, затронуты актуальные темы, чтобы мы не брали не стоящую внимания тему и не раздували ее на всю страну. Это первая задача.

Во-вторых, перед ней стоит задача собрать команду для антикоррупционных расследований. У нас на канале нет антикоррупционных расследований. Есть социальные, медицинские, строительные. Мне, например, интересна коррупция в спорте, а также экологическая коррупция. Когда какое из этих направлений будет — это вопрос времени.

С 13 марта у канала меняется слоган. Если раньше это была фраза «Головні розслідування країни», то теперь наш лозунг — «Стаємо ближчими». Мы хотим стать ближе к нашему зрителю в прямом и переносном смысле. Если мы делаем расследования, то в первую очередь будем отталкиваться от того, насколько они в интересах людей, общества. А если делаем аналитический авторский продукт, то всегда постараемся, чтобы зритель тоже мог высказать свою точку зрения. Даже режиссерам и операторам поставлена задача сделать «ближе» наших ведущих и гостей: поменять кадровки таким образом, чтобы люди в кадре выглядели выразительнее. Чтобы зрители знали, насколько все честно, искренне.

Несмотря на то, что в Украине много проектов журналистских расследований, они покрывают далеко не все темы. Например, когда был конфликт между Ульяной Супрун и Борисом Тодуровым и мы хотели в нем разобраться, выяснилось, что на медицинские темы журналистских расследований то ли не было давно, то ли никогда…

– Знаете почему? Медицинские расследования мало смотрят (спортивные, кстати, тоже). Потому что, во-первых, в них тяжелая терминология. Во-вторых, они скучные. В-третьих, содержат трагические моменты. Даже судебные процессы по медицинским ошибкам очень долго идут.

Мы постараемся все расследования делать так, чтобы они затронули человека и были нескучными, легкими. Дарина это понимает как user friendly, то есть дружественные для зрителя. Мне такой подход тоже нравится. Недавно мне показали тракт нового ведущего на один проект. Он мне нравится, но мне говорят: не смотрится, не медийный. Я отвечаю: «Это потому что вы одели его в костюм. Переоденьте, сделайте как в жизни, только немного более аккуратным. Не надо превращать его в паркетного ведущего». Мы отходим от того, когда люди в студии сидят вот с такой осанкой, рядом с ними вот так стоит чашка. Нет, все будет, как есть на самом деле.

– С приходом Натальи Влащенко у вас появилась позиция креативного продюсера. Почему ввели эту позицию и какие задачи вы ставите перед Натальей Влащенко?

– Единственное отличие одного канала от другого — как он все подает. Телевидение — это не газета, тут важна идея творческая, креативная. Тед Тернер когда-то сказал, что даже новости — это шоу. Нам нужно шоу, креативный блок. Креативный продюсер обязателен на любом канале, да и вообще в любом бизнесе, даже если вы семечки продаете. И задача Наташи — чисто творческая: предлагать идеи.

– Зачем вам корпункт в Брюсселе?

– Мы знаем о том, что происходит в ЕС, в США через Deutsche Welle, ВВС. А мы открываем всего лишь маленький корпункт — чтобы был мост между Европой и Украиной в телевизионном виде. И чтобы информацию о том, что происходит в Европе, нашим зрителям доносили глазами украинского корреспондента.

На самом деле это очень правильно. Наши СМИ преимущественно не занимаются освещением международных событий своими силами — и украинцы смотрят на мир чужими глазами. А где еще вы хотите открыть корпункт? Может быть, в США?

– Я бы открыл, если бы мне Игорь Туркевич и Петр Дыминский дали дополнительные деньги на это. С моим приходом бюджет канала не вырос. Я все делаю в существующих рамках, которые были приняты до меня. Просто чуть-чуть по-другому.

Какой у вас бюджет?

– Не могу сказать. За бюджет отвечает Игорь Туркевич. Я его даже не видел, чтобы вы понимали. Я каждый раз спрашиваю: «Игорь, мы хотим сделать это и это. Можем ли мы себе это позволить?» И он говорит, можем или нет.

– А можем ли мы сравнить ваш бюджет с бюджетом соразмерных каналов? Если учесть, что вы «хантите» людей с прибавкой к зарплате…

– Мы «хантим» людей не с прибавкой. Предложение ZIK по зарплате среднерыночное; может быть, в некоторых случаях даже ниже. Мы «хантим» людей чисто на идее. Дарина пришла на ту же зарплату, которая была закреплена за этой вакансией.

Я привел на ZIK всего четверых человек. Один из них — мой аналитик, которого я лично знаю и в котором уверен, он очень хорошо ищет информацию, разбирается в офшорах и т. д. Второй — Наталья Влащенко, на которую я возлагаю очень большие надежды. Третий — это Дарина Шевченко. И есть еще один человек, который будет заниматься режиссурой.

Деньги никогда ничего не решают. Если бы все можно было купить за деньги, то медиарынок сейчас был бы совсем другим. Люди всегда идут за идеями, свободой и успехом. Главное преимущество телеканала ZIK — в том, что он дает перспективу личного развития, возможность реализовать себя и вместе с каналом расти дальше.

– Бдительные зрители заметили, что есть четыре версии канала ZIK: львовская на спутнике, цифровая всеукраинская, и на втором спутнике — SD- и HD-версии. Во львовской версии, например, есть львовская реклама. Когда вы приведете все к общему знаменателю?

– Надо успокоить наших бдительных зрителей: ZIK везде будет единым и неделимым — в цифре и на спутнике. Мы сейчас перезаключаем договора со всеми кабельными операторами.

Отдельное вещание во Львове пока останется в аналоге — там у нас ежедневно четыре часа в рамках местной ОГТРК. Зрители привыкли.

– И когда отключат аналог, эта версия перестанет существовать?

– Ничего страшного, аналог же не просто отключат, а переведут всех в цифру.

– Просто у меня была такая версия, что вы, возможно, захотите оставить в холдинге какой-то львовский региональный канал?

– Была бы возможность, мы бы сделали хоть 24 региональных телеканала. Все зависит от задачи. В данном случае не вижу целесообразности. Если делать львовский региональный телеканал, то нужно производить для него совсем другой контент. Зачем одно и то же транслировать дважды одному и тому же человеку? А Львов в любое время может у себя включить канал ZIK и смотреть наш эфир 24 часа в сутки.

– Мы писали об уходе с ZIK братьев Капрановых, но если позволите, я еще раз спрошу вас об этой истории. Сначала они заявили, что ушли в знак протеста против назначения Натальи Влащенко. Вы потом прокомментировали, что «разорвали с ними трудовые отношения по этическим соображениям». И вы говорили о том, что программа «Брат за брата», возможно, останется с другими ведущими. Что произошло?

– Когда я пришел на канал, то в первую очередь начал встречаться с людьми. Одними из первых были Дмитрий и Виталий Капрановы. Они произвели на меня очень хорошее впечатление. Я сказал им: «Якщо будуть якісь питання, завжди звертайтесь до мене особисто. Будемо шукати вирішення будь-яких питань. Також хотів вас попросити, щоб ви брали більше участі в створенні вашої авторської програми. Коли, наприклад, журналістам ZIK не дають інформацію, ігнорують їх або незаконно затягують терміни доступу до інформації, то ви як люди публічні вимагайте цих відповідей. Це піде тільки на користь вашому ж проекту». Им это понравилось, мы расстались очень довольные. И потом я узнаю, что они против Наташи или еще чего-то. Я вообще не понял почему. Наташа не решает, какую программу открывать, каких людей нанимать. Наташина задача — чисто творческая, креативная.

Я хочу сказать на будущее: на телеканале ZIK все будут работать на единый результат, никто не будет в привилегированном положении, ни у кого не будет автономии, кроме редакционной.

Будет ли программа «Брат за брата» выходить с другими ведущими?

– Не будет программы и названия «Брат за брата». Но «Брат за брата» — это семь журналистов (а сейчас станет еще больше), редакторы, режиссеры, монтажеры, водители, операторы. Они все работают на своих местах. И будут делать совсем другой продукт. Поменяется хронометраж, лицо, наполнение, но останется формат «социального расследования», то есть мы будем поднимать социальные темы с элементами расследования. И этот продукт в новом виде выйдет очень скоро. Его перезапуск — одна из первых задач, которая сейчас стоит перед Дариной Шевченко.

– Вы рассказали о том, какие новые проекты запустите. А какие-нибудь существующие закроете?

– Пока что ничего не закрываем, только создаем новое. Если взять любой продукт, который есть на нашем канале, то изначальный замысел у всех отличный. Вопрос только в его реализации, в конечном виде продукта.

Я понимаю, о чем вы говорите. Я спрашивала у зрителей, как они воспринимают ZIK. Они говорят, например, об одном из проектов: и ведущий хороший, и гости хорошие, и вопросы хорошие задает. Есть только проблема динамики, подачи.

– Мы знаем все эти моменты, мы их анализируем, и хорошо, что есть обратная связь от зрителей.

Когда вы начнете измеряться в панели Nielsen?

– Мы уже начали измеряться в закрытом режиме, а с этой недели начнем в открытом.

Сейчас, в закрытом режиме, на каком вы месте?

– Не на том, на каком хотелось бы. Но мы настроены оптимистично.

Зато у вас будет эффект низкой базы: что бы вы ни сделали, получите рост.

– Конечно, сейчас, что бы мы ни делали, рост в процентном соотношении будет заметный.

Вы информационно-аналитический канал?

– Больше аналитически-информационный и социально-развлекательный.

– Какой у вас подход к освещению важных событий и чем вы отличаетесь в этом от других информационных каналов? Например, в прошлые выходные был суд над Романом Насировым. Далеко не все каналы, даже информационные, уделили этому много времени. А вы отличились трансляцией в Facebook, которую очень хорошо смотрели.

– У нас есть везде успевающий журналист Олег Борисов. Он любит включаться отовсюду, где бы ни был. Он спокойно может позвонить гостям наших эфиров и спросить: «Про що ви будете говорити сьогодні?» Снимает бекстейдж, показывает студию, какие-то технические моменты. Иногда смотрение его трансляций в Facebook выше, чем наших сюжетов или каких-то оригинальных телевизионных продуктов. И когда он включился из-под здания суда, его трансляцию в Facebook одновременно смотрели 100 тыс. человек.

Или другой пример: сидит в позапрошлую пятницу Саакашвили в нашей гримерке, а Олег Борисов подошел к нему и говорит: «Пане Михайле, про що ви будете говорити?» А я в это время ехал в поезде. Включаю свой телефон — Борисова смотрит 27 тыс. человек.

– Правда ли, что на ZIK может появиться проект, ведущим которого будет Михеил Саакашвили?

– Мы таких сюрпризов не готовим. Хотя я был бы только рад этому. Это же президент! Если бы он согласился быть нашим ведущим, то почему бы нет? Если пофантазировать, то он был бы суперкрутым ведущим. Если господин Саакашвили готов быть ведущим, то я готов для него придумать суперформат!

– Еще есть история о вашей бывшей сотруднице Вере Гирич, которая уволилась якобы потому, что ее попросили приглашать в эфиры представителей «Оппоблока». Что на самом деле произошло?

– Вера Гирич возглавляла у нас гостевую службу. Я с ней виделся, мы общались, при нашей встрече присутствовали еще три человека из руководства. Мы анализировали наших гостей, баланс, наши возможности (мне сказали, что якобы не все хотят ходить к нам на эфиры). И я сказал: нам нужен баланс гостевых студий. Если представлена одна сторона, должна быть и вторая. Если представлена одна политическая сила, должна быть и вторая. Звать «Оппоблок» — таких наставлений от меня никто не слышал. Мне жаль, что некоторые медиа используют бывших сотрудников как инструмент дискредитации телеканала, раздувая несуществующие истории. Мы равноудалены от всех политических партий, и любая политическая партия имеет возможность появляться в нашем эфире. Подчеркиваю: любая. В рамках закона и существующих правил.

Учитывая, что и вы, и ваш креативный продюсер пришли с канала «112 Украина», станет ли ZIK похожим на «112»?

– Он станет лучше. Мы будем заимствовать лучшее у всех — не только у «112 Украина», а и у «Дождя», CNN, и по всему миру будем отслеживать телевизионные тренды. Везде, где есть что-то, что можно реализовать в украинских реалиях без больших вложений, мы будем черпать вдохновение. И будем внедрять собственные наработки.

Самая большая ценность любого телеканала, как и любого предприятия, и государства, — это люди. Главное — чтобы были исполнительные, творческие, продуктивные сотрудники. Когда они есть, можно делать все. Не то что «112 Украина», а лучше. Намного.

– Вы не знаете, куда ушли с NewsOne Алексей Семенов, Матвей Ганапольский и Евгений Киселев? Их уход оброс еще большим количеством слухов, чем взлет ZIK.

– Я думаю, что вам лучше спросить у Алексея Семенова.

Алексей — публичный человек. Если он что-то готовит, то будет об этом говорить. Если он не говорит, значит, у него пока ничего нет.

Я понимаю: если бы где-то запускался проект, туда должны были бы наниматься люди или что-то строилось бы, была бы информация от поставщиков оборудования. Сейчас люди нанимаются и студия строится на ZIK. И я подумала: вдруг Алексей Семенов появится у вас?

– Я готов его пригласить, если он придет. Но кем? Генпродюсером-2? Вы иногда преувеличиваете. ZIK будет методично развиваться. Здесь нет супермиллиардов, суперкоманды медиаменеджеров на 50 или 100 человек. Нет, это те же рамки, что и были, то же направление — просто чуть-чуть с другим взглядом.

Видимо, в силу того, что вы перешли с канала «112 Украина», и тянется такой шлейф предположений. Просто у нас же всегда верят, что все с чем-то связано. Есть еще одно предположение, что к ZIK сейчас имеет отношение Егор Бенкендорф. Возможно, он консультирует канал?

– Я готов ответить на любые вопросы, на которые знаю ответ. На те, на которые ответов нет, я не могу что-то придумывать. Консультирует ли он ZIK? Это могут сказать три человека — гендиректор, я и инвестор. Меня Бенкендорф не консультирует. Консультирует ли он инвестора? Не знаю, он меня в известность не ставил. Консультирует ли Игоря? Не знаю.

– На сколько лет инвестор подписал с вами контракт?

– Там есть статья о конфиденциальности. Мне кажется, я не могу об этом говорить.

Я знаю другой пример молодого медиаменеджера. С ним заключали контракт на два года. Все-таки руководителю нужен срок, чтобы что-то преобразовать. И у него все успешно получилось. Он проработал значительно дольше срока первоначального контракта.

– То, что он подписал контракт на такой срок, уже говорит о том, что он молодец.

Вот вы говорите, что любому руководителю для реализации преобразований нужно время. Всегда легко все взять, вытереть и делать с нуля, с новой командой, с людьми, которых ты знаешь. Тяжелее всего — брать из того, что есть, и делать самое лучшее. И я вам скажу: кадровый потенциал у ZIK — суперкрутой, технический потенциал — суперкрутой, творческий потенциал — суперкрутой, осталось все это объединить в одно целое. И все. Будут появляться новые задачи — будут новые требования. Не будут люди соглашаться, не захотят, не смогут — придется нанимать новых.

Никакие интриги и слухи меня не собьют и не будут отвлекать. Я вижу перед собой очень большую цель и у меня большие амбиции. Я буду прямо, не оборачиваясь, не отвлекаясь, идти к этой цели. Может быть, буду падать, может, не всегда у меня будут получаться суперкрутые вещи. Но идти буду методично. В данный момент у меня карт-бланш от инвестора, и было бы глупо не использовать эту возможность в интересах телеканала.

Фото: Павел Шевчук

* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
3925
Переглядів
Коментарі
Код:
Им'я:
Текст:
Коментувати
Коментувати
Нові тексти на ДМ
2016 — 2017 Dev.
Andrey U. Chulkov
Develop