Возвращение Крыма: как это было и как это будет. Взгляд журналистов

Возвращение Крыма: как это было и как это будет. Взгляд журналистов

23 Серпня 2021
3158
23 Серпня 2021
13:00

Возвращение Крыма: как это было и как это будет. Взгляд журналистов

3158
Два разных проекта о полуострове, которые рассказывают и о недавней истории, и о жизни сейчас — и необходимых шагах для его возвращения.
Возвращение Крыма: как это было и как это будет. Взгляд журналистов
Возвращение Крыма: как это было и как это будет. Взгляд журналистов

Сегодня начинается Крымская платформа, и множество медиа накануне выпустили собственные материалы о том, как сейчас живет Крым. Самый масштабный спецпроект, приуроченный к началу Крымской платформы — спецвыпуск «НВ» «Как мы будем возвращать Крым». Целый номер журнала посвящен этой теме, а также онлайн-платформа с репортажами, аналитическими статьями, небольшими документальными видеоматериалами и интервью с президентом Владимиром Зеленским, главой МИДа Дмитрием Кулебой и лидером крымскотатарского народа Мустафой Джемилевым. Все материалы созданы крымскими журналистами, фотографами, правозащитниками и активистами. Одни уехали с полуострова давно, другие — после аннексии, часть из работавших над спецпроектом и сейчас живут в Крыму. Все эти люди объединились в специальную Крымскую редакцию, чтобы написать 16 больших материалов о том, как живет Крым сейчас, — и рассказать, что делает и что должно сделать государство Украина для деоккупации и реинтеграции полуострова.

Часть материалов посвящена политике и дипломатии, правовым и юридическим вопросам; часть — экологии, экономике, пандемии, милитаризации полуострова, репрессиям и преследованиям несогласных, в том числе журналистов. Наконец, есть истории тех, кто остался там или вырос, а уже потом переехал в Украину. Прошло ведь целых семь лет — страшно подумать. За это время Крым не то чтобы исчез из информационного поля украинских медиа — есть и тематические «Крым.Реалии», «UA:Крим», и канал ATR; множество других СМИ говорят о Крыме. Но в основном ведь пишут об эксцессах и кошмарах: посадки, репрессии, затопления или недостаток воды, карикатурные марши на 9 мая или очередная незаконная застройка. А полной информации о том, что на самом деле происходит в Крыму, как живет наш оккупированный Россией полуостров, у нас нет. Ведь реальная жизнь не описывается исключительно заголовками ленты новостей.

По сути, спецпроект «НВ», инициированный «Лабораторией журналистики общественного интереса», — первая за долгие годы попытка не только составить дорожную карту вовзарщения Крыма, но комплексно описать то, что происходит в Крыму сейчас. И при помощи анализа данных, и словами тех, кто там жил или живет сейчас. Судя по рассказам, опубликованным «НВ», наша жизнь здесь им также непонятна, как нам их жизнь там. При этом и жизнь России, по сути, от них слишком далека. Крым, похоже, как-то незаметно стал островом, отчалил и медленно дрейфует вдаль. Мы с берега смотрим на него в бинокль.

Это неприятное ощущение даже для тех, кто никогда не жил в Крыму, а только приезжал отдохнуть или поработать. Трудно себе представить, как больно тем, кто родился и жил там много лет, а затем был вынужден уехать после аннексии. Часть этой боли можно почувствовать, если посмотреть еще один проект «Лаборатории журналистики общественного интереса» — фильм под названием «Самовозвращение в Крым». Фильм этот не о сегодняшнем или завтрашнем, а о Крыме «вчерашнем», относительно недавнем: это история возвращения крымских татар домой после массовой депортации в 1944 году. «Самовозвращение» — не отдельный фильм, а часть 9-серийного проекта, посвященного 30-летию независимости Украины, в котором долгая дорога домой крымских татар — один из эпизодов нашей новейшей истории.

Возможно, самый малоизвестный рядовому украинцу — и очень драматичный. Фильм рассказывает эту историю от первого лица — словами его героев — и в этом его несомненный плюс, и несомненный же минус. Минус — потому что человеку, не знакомому с историей ни депортации крымских татар, ни национального движения, ни ключевых событий в борьбе за право народа вернуться на родину, понять все это из фильма непросто. Просто потому, что каждый из героев говорит о чем-то, что он хорошо знает, — и в подробности не вдается. А закадрового голоса, который бы связал все эти фрагменты воедино, в фильме нет.

Например, один из героев был участником массовых демонстраций летом 1987-го на Красной площади в Москве, где крымские татары публично требовали от руководства тогда еще СССР, то есть Гобрачева и Громыко, решить вопрос с возвращением крымских татар домой. Формально еще в 1956 году депортированным народам разрешили вернуться домой — ингушам, чеченцам, кабардинцам, калмыкам и ряду других — но не крымским татарам. Позднее практически для всех восстановили автономию — но не крымским татарам. Самые смелые и упрямые стали возвращаться в Крым самостоятельно еще в 70-е годы, но их снова и снова выселяли; некоторые таким образом оказались в Херсонской области, стали жить поближе к дому, но все еще не дома. А большинство ждали тридцать лет, и только после тех демонстраций на Красной площади решились вернуться домой.

Если всего этого не знать заранее, то рассказы героев фильма «Самовозвращение в Крым» похожи на паззлы: только по ходу фильма, если повезет, ты сможешь вставить кусочек на нужное место и понять, что и за чем происходило. С другой стороны, чем ближе к нам описываемые события, тем повествование становится яснее. И грустнее.

Потому что возвращения крымских татар не хотело не только советское руководство — но и местное украинское (о Кравчуке, да и позиции Киева, кстати, в фильме вообще нет ни слова). И сопротивлялась их возвращению система ожесточенно — многие годы, с конца 60-х по конец 90-х, крымским татарам не разрешали иметь крымскую прописку или становиться на воинский учет. А без этого фактически нельзя было устроиться на работу. Им не выделяли землю, запрещали жить в городах и на побережье, не разрешали даже покупать дома у местных. Позднее бульдозерами сносили построенные дома на захваченных — в отсутствии официальных паев вернувшимся просто негде было жить — землях; люди ложились под бульдозеры, пытались себя сжечь и неоднократно были избиты милицией. Сопротивлялись не только власти, но и местные жители, запуганные слухами и статьями в подконтрольной властям (а другой в 80-е и даже 90-е почти не было) прессе. В статьях продолжали печатать советскую пропаганду — про якобы пособничество крымских татар немцам; писали, что теперь они собираются «продать Крым туркам». Местные боялись, что будут «красть женщин», что татары «заберут всю землю возле моря», — и отказывались продавать им не то что инструменты, даже гвозди. Чтобы не могли построить свои дома. Не разрешали даже посмотреть дворы домов, где они родились и выросли. И очень боялись — а власти специально подогревали настороженное и даже враждебное отношение к тем, кто вернулся.

Трудно поверить, но до середины 90-х из-за всех этих препятствий многим вернувшимся  по нескольку лет приходилось жить в землянках или по пять семей в одном доме. Врачам и юристам — работать на стройках или в коровниках; музыкантам — пасти овец; в буквальном смысле слова драться за право жить там, откуда их насильно увезли однажды ночью.

«Самовозвращение в Крым» не рассказывает всю историю борьбы крымских татар за возвращение, но ее плюс — очень человеческие и яркие детали, которые возникают в рассказах. Например, что самолет, в котором летел один из героев фильма, Сеит-Ягъя Казаков, «пропах дынями» — из Узбекистана, куда выслали во время войны крымских татар, все везли в неизведанный Крым дыни. А выпускнику школы Ахтему Сеитаблаеву после международного аэропорта в Ташкенте аэропорт Симферополя показался очень неказистым. И он был разочарован, что прилетел в какой-то провинциальный город — пока не увидел горы. Кто-то вспоминает, как бабушка, вернувшаяся после сорока лет изгнания домой, сойдя с самолета, целовала землю аэродрома — и все терпеливо и молча стояли на трапе самолета, ожидая, пока она поднимется с колен.

И, послушав эти рассказы, многое понимаешь. Например, почему часть крымских татар осталась в Крыму после аннексии — два героя фильма и сейчас там живут (их снимали местные журналисты, не указанные в титрах проекта из-за соображений безопасности). Один из тех, кто остался, — Ильвер Аметов. Он потерял после аннексии Крыма почти весь бизнес — и говорит, что «могут забрать и последнее», кафе. «Ну и хрен с ними, пусть забирают! Запугать не смогут все равно», — говорит он, стоя во дворе под голубым с золотом флагом. Он живет в селе, которое сам основал и даже назвал — возле Судака, откуда родом его семья. Аметов был одним из тех людей, которые облились бензином и готовы были сжечь себя, когда больше тысячи солдат приехали в 1989 году эвакуировать их палаточный городок в поле. Тогда никто не поджег себя, солдаты ушли, татары остались — и теперь на месте палаточного городка село. Верится, что такого человека трудно запугать. Но многие уехали — и это самая трагическая часть фильма. Каждый, буквально каждый герой или героиня фильма в какой-то момент плачет, рассказывая, как хочет вернуться. Как говорит одна из героинь фильма, чтобы «Банковая сказала — можно ехать».

Эмоционально и тяжело переживала историю возвращения крымских татар и режиссер фильма Анна Цигима, когда монтировала фильм, — об этом она рассказала в интервью «Радио Свобода». Сопереживают и зрители — это видно по комментариям на ютьюб-канале Суспильного, где можно посмотреть фильм. По ним же ясно, что история депортации крымских татар украинцам более или менее известна, а вот обстоятельства их возвращения — нет, и у многих они вызывают чувство стыда и непонимания. Почему тогда так сопротивлялись восстановлению справедливости? Посмотреть фильм стоит хотя бы ради того, чтобы задуматься об этом. А для тех, кото хочет узнать больше фактов, к нему прилагается лонгрид и три десятка видео с историями героев, которые не вошли в фильм. Кроме того, есть еще три подкаста, озвученных Ахтемом Сеитаблаевым и Джамалой.

Коллажи: Дарья Давиденко для проекта «Наші 30. Жива історія»

* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
3158
Читайте також
22.08.2021 15:43
Центр стратегічних комунікацій та інформаційної безпеки
7 077
Коментарі
0
оновити
Код:
Ім'я:
Текст:
Долучайтеся до Спільноти «Детектора медіа»!
Ми прагнемо об’єднати тих, хто вміє критично мислити та прагне змінювати український медіапростір на краще. Разом ми сильніші!
Спільнота ДМ
Використовуючи наш сайт ви даєте нам згоду на використання файлів cookie на вашому пристрої.
Даю згоду