Как это: снять фильм-портрет всего человечества

Как это: снять фильм-портрет всего человечества

8 Серпня 2016
5712

Как это: снять фильм-портрет всего человечества

5712
Режиссер фильма «Человек» (Human) Ян Артюс-Бертран и его ассистент Анастасия Микова – о том, как они записали 2 тысячи интервью с самыми разными людьми о главных жизненных вопросах и сделали из них фильм
Как это: снять фильм-портрет всего человечества
Как это: снять фильм-портрет всего человечества

Всемирно известный фотограф, а в последние десять лет еще и режиссер документального кино Ян Артюс-Бертран (Yann Arthus-Bertrand) представил на Одесском кинофестивале- 2016 свой новый фильм «Человек» (Human). Более двух лет он вместе со своей командой готовил картину о современном человечестве, пытаясь охватить его во всем многообразии и обратив внимание на все его «болезни», в частности, войны, бедность, проблемы эмиграции, гомофобию.

«Детектор медиа» встретился с режиссером, а также его первым ассистентом, ответственным за интервью им оказалась украинка Анастасия Микова, более 20 лет живущая во Франции и занимающаяся журналистикой и документальным кино.

Анастасия снимала свои фильмы для различных французских телеканалов, в основном на различные социальные темы, от нелегальной иммиграции до суррогатного материнства. По всему миру и в том числе – в Украине.

На ОМКФ-2016 фильм «Человек» показали в рамках внеконкурсной программы под открытым небом на Ланжероновском спуске – бесплатно. Он также доступен онлайн в расширенной версии, так как авторы хотят, чтобы картину увидело как можно больше людей. И они уже получают тысячи трогательных писем от зрителей из разных уголков мира: от Эквадора до Китая, от Украины до Франции.

Француз Ян Артюс-Бертран получил актерское образование, но после четырех лет работы в кино пришел в фотографию. Своей специализацией выбрал спорт, приключения и природу. Снимал для Paris Match, Geo, Life и National Geographic. Мсье Артюс-Бертран – кавалер ордена Почетного легиона и многих премий. В первую очередь он известен благодаря собственному проекту «Земля, увиденная с неба», который стартовал в 1994 году при поддержке ЮНЕСКО. Сотни выставок фотографий Яна Артюса-Бертрана прошли по всему миру, вышла также одноименная книга, которая разошлась миллионными тиражами и была переведена на более 20 языков. В 2004 году Ян Артюс-Бертран работал над телепрограммой «Земля, увиденная с неба» для канала France2, а Анастасия была ее главным редактором.

А в 2009-м Ян Артюс-Бертран вместе с Люком Бессоном представил фильм «Дом», затем снял фильм «Планета-океан» вместе с Мишелем Пити – оба на экологическую тематику.

Фильм «Человек» готовила команда из 20 постоянных сотрудников и огромного количества фиксеров на местах, ведь интервью для него брали в 60 разных странах мира. На наш взгляд, это в большей степени журналистский, чем кинопроект. В фильме портрет современного человека создается с помощью мозаики героев со всех этих стран – разного возраста, профессий, вероисповеданий, которые говорят о сокровенном. Осужденный к смертной казни рассуждает о своем новом понимании любви, радикальный исламист – о болезненных вопросах, которые ему задают дети, африканка – о пережитом голоде… Для фильма было записано более 2 тысяч (!) интервью. Рассказы героев звучат на 63 языках. Они соседствуют в фильме с «фирменными» кадрами природы нашей планеты, снятыми Яном Артюсом-Бертраном с вертолета. Это фильм с тремя голосами: людей, природы и музыки разных народов.

Сам режиссер называет свой фильм политическим и говорит, что после «Человека» он окончательно понял, о каких вещах он хочет говорить в кино.

Ян, как возникла идея такой документальной картины?

– Это случилось еще в 1980-х. Вертолет, в котором я летел, потерпел крушение, и я оказался в маленькой деревушке в Мали. Там я прожил три дня у местной семьи. Мы, конечно, совсем разные люди. У меня там были свои цели: фотографировать для Paris Match. А эти люди никогда не ездят в город, ничего не продают, а просто ежедневно работают на земле. Они рассказывали мне о своей жизни. И, несмотря на все различия, они так же боялись смерти, болезней, как и я. Общие вопросы о жизни оставались для нас общими. Я смотрел им в глаза и слушал, что они рассказывали. Я думаю, что эти три дня научили меня большему, чем весь мой остальной жизненный опыт. Ты вроде как все это знаешь, но не осознаешь… Вот после этого мне захотелось отойти от фотографии и заниматься именно видеоработами. Снимать людей.

Расскажите о команде, которая работала над фильмом.

– У меня крутая команда, вот это самый главный человек (показывает на Анастасию. – ДМ). Анастасия провела более 600 интервью из 2 тысяч. Хорошо, что вы задали этот вопрос. Ведь фильм – это не то, что ты делаешь в одиночку. Это и журналисты, и операторы, и монтажеры, и дистрибьюторы. А, например, фотография – это одиночная работа. Я думаю, что самое главное для режиссера – это найти хорошую команду. И я знаю, что со мной непросто работать.

Анастасия добавляет: – Основное ядро команды – 20 человек, которые базируются в Париже. Еще около 10 ездили в определенные страны, на которых они специализируются. А наши титры длятся 20 минут: в них указаны тысячи людей по всему миру.

Как происходил отбор героев? Ведь сложно было показать действительно все разнообразие…

– На самом деле этот фильм очень политический, поэтому он задает соответствующие вопросы. Например, почему в мире до сих пор длятся войны? Мы ездили в такие страны, как Руанда и Камбоджа, где происходили геноциды, в Украину после революции, в Центральную Африку, Израиль и Палестину. В Америке мы говорили с ветеранами. Поднимались вопросы гомофобии, жизни беженцев, мы искали соответствующих героев. Это все работа наших журналистов. А если мы говорили о смысле жизни, счастье, смерти, любви, то к нам в фильм мог попасть и шофер такси, который вез нас в аэропорт, и горничная в отеле, где мы останавливались.

Какова ваша роль в этом проекте? Понятно, что за вами – общая концепция, визуальное сведение, но присутствовали ли вы на интервью? Отбирали ли героев?

– На самом деле я сам провел, наверное, только пять интервью – наиболее важных: С Пан Ги Муном, Биллом Гейтсом, – это те люди, которые хотели, чтобы я сам с ними пообщался. Но я следил за работой журналистов, смотрел все то, что они сняли, без исключения. И за всем во время съемок следил – светом, постановкой кадра, так же, как и за процессом монтажа…

Ну и, кроме того, для проекта очень важно было отобрать тех журналистов, которые умеют работать с людьми, могут приносить какую-то интимность в интервью, как Анастасия, к примеру. Это те журналисты, которым не лень потратить время, чтобы выслушать человека. Если они относятся к герою с уважением и теплотой, он ответит им доверием. При такой эмпатии можно многое услышать.

Сейчас же, исходя из стандартов, журналисты, когда берут комментарий или интервью, должны быть максимально отстраненными. А в нашем случае, как мне кажется, главное, чтобы сам журналист мог страдать и плакать. Только если он, собеседник, был вовлечен, герои могли сказать ему что-то важное.

Ян, вы многие годы снимали природу, а теперь – людей. Как вам дался этот переход?

– Я уже 30 лет говорю об экологических катастрофах. Вижу, в какую сторону движется мир, и понимаю, что нас ждет очень сложное будущее. На самом деле, смотришь на цифры, а они каждый год говорят, что этот – самый жаркий. Но мы все живем в каком-то коллективном отрицании и отказываемся признать, что наша цивилизация сама себя разрушает. Когда нас станет 9 миллиардов, нам будет очень тесно. Плюс изменения климата, истощение ресурсов, проблема беженцев, экономический кризис – все это непременно проявится. В будущем нам нужно будет научиться жить вместе и принимать отличия друг друга. Это главное, что я хотел сказать своим фильмом.

Я больше не говорю о катастрофах, а говорю о любви. И это куда легче эмоционально, чем снимать фильм о таянии ледников или уничтожении лесов. Да и эти темы людям уже просто надоели. Для «Человека» мы провели больше 2 тысяч интервью, во время которых задавали людям вопросы и о природе и экологии, но ни разу не получили интересного ответа на них. Людей это особо не трогает. Разве что президент Уругвая дал хороший ответ.

Анастасия: - Да, это не то, что люди чувствуют на своем глубинном внутреннем уровне. Люди говорят об этом, как о чем-то внешнем.

А как вы считаете, может ли этот фильм изменить что-то для конкретного человека и для человечества?

– Я думаю, что для одного человека он может многое изменить. Мы получаем очень много сообщений от людей со словами, что это самый крутой фильм в их жизни и что он все для них изменил. Люди открыли свои сердца и восприняли его. Бывает, что после фильма люди подходят ко мне и ничего не говорят. Просто не могут ничего сказать.

Будете ли вы и дальше в какой-либо форме заниматься темой окружающей среды?

– Я думаю, что когда мы говорим о человечестве, мы точно так же говорим об экологии. Ведь человек – это также часть природы. И сейчас все неправительственные организации занимаются вопросами, как людям жить вместе, как победить бедность. Я думаю, что только когда мы научимся жить вместе, мы сможем решить все наши проблемы.

Вы всемирно известный фотограф. Что вам сейчас интересно в фотографии?

– Сейчас все, кто купили фотоаппараты, – уже фотографы. Интернет также очень поменял работу в этой сфере. Раньше, в 1980-е, у меня были друзья, которые много зарабатывали фотографией, а сейчас уже невозможно с нее жить. Несмотря на то, что я очень люблю фотографировать, я чувствую, что в кино можно передать больше эмоций.

Мне сейчас там более комфортно. Мне кажется, что я нашел какую-то свою систему. Фильм «Человек» указал мне, чем я хочу заниматься в жизни. Мне повезло, что мы нашли финансирование, и у меня действительно получилось сделать то, что я хотел. Я благодарен французскому Фонду Бетанкур Шуэллер (Bettencourt Schueller Foundation) за то, что он полностью финансировал фильм «Человек» и поверил в него еще в самом начале, не побоявшись поддержать такой неординарный, не похожий на другие документальные фильмы проект.

Мы выбрали новый художественный путь. В этом фильме есть неуклюжие вещи и шероховатости. Я это признаю. Но мне кажется, что мы нашли что-то новое и хорошее.

Анастасия Микова (Le Figaro, Marie Claire) подробнее рассказала «Детектору медиа», как была организована журналистская часть работы над фильмом: - До этого я снимала много документальных фильмов. В самом начале Ян сказал, что хочет снять ни на что не похожий документальный фильм, который перевернет представление о документалистике. У него была общая идея – говорить о человечестве, дать людям слово. Задавать им самые личные вопросы. Тогда я, было, усомнилась, что люди, глядя в камеру, будут рассказывать о том, о чем никогда не говорили. Но в результате полностью поменяла точку зрения. Когда ты стираешь границу между собой и другим человеком… Получается нечто иное, что-то, что я не могу назвать интервью. Были люди, с которыми мы плакали и не могли расстаться, с некоторыми до сих пор в контакте. Когда люди доверяют тебе что-то такое сокровенное, ты не можешь просто уйти и забыть о них. Это невозможно.

Анастасия, расскажите подробнее о том, сколько людей входило в вашу команду, сколько из них было журналистов? Это были местные журналисты или вы всех нашли в Париже?

– Наша журналистская команда – около 15 человек – базировалась во Франции. Мы поделилась на три группы: говорящих по-арабски, по-испански и по-японски. Понятное дело, мы говорим также по-английски и по-французски. Во всех странах мы привлекали фиксеров, которые в течение нескольких месяцев полностью готовили съемку. Например, возможность снять героя, который появляется в фильме первым, мы оговаривали почти полгода. Так как это, если вы помните, американский заключенный, приговоренный к смертной казни за убийство жены и ребенка. В итоге получилось одно из самых мощных интервью. Чувствуется, что он полностью переосмыслил свою жизнь.

То есть ваши фиксеры предлагали вам потенциальных героев? Как они их искали, на что опирались в выборе?

– Для нас самым главным было найти людей в совершенно разных сферах, странах и с разными историями, которые что-то поняли в жизни. Некоторые темы были определены сразу: если мы хотели сказать об эмиграции, ехали в Лампедузу в Италии или в Кале во Франции – туда, куда прибывают эмигранты. Так же с работниками сельского хозяйства, к примеру. Но в то же время с каждым человеком, к которому мы приходили, мы затрагивали и другие темы. У нас никогда не бывало одного-единственного сюжета, это всегда просто человек. У эмигранта тоже есть семья и детские воспоминания, он тоже переживал любовь. Именно это, как мне кажется, делает наш фильм уникальным. Нередко люди, с которыми мы встречались по одной теме, оказывались в фильме с высказываниями о чем-то другом.

Я говорила журналистам, что для них каждый человек должен быть чистой страницей. И мы должны ее чем-то заполнить. Самое важное – быть очень открытым, чтобы этот человек почувствовал себя очень комфортно и рассказал самое сокровенное, что-то, что, возможно, никому до этого не говорил.

Наши фиксеры иногда не просто предлагали кандидатуры и кратко описывали их истории, но и снимали какие-то маленькие кусочки видео на телефон, чтоб мы понимали, что это за люди. А дальше самым главным для нас было найти как можно больше разных героев и сделать глобальный портрет мира. Чтобы это не были однобокие истории. Чтобы у нас были и самые богатые, и самые бедные, самые неординарные, из абсолютно разных сфер, молодые и старые. Хотелось, чтобы эта палитра максимально представляла общество.

Сколько разговоров записывали в каждой стране? Надолго ездили?

– Ездили на две-три недели в каждую страну и снимали около 30 интервью в каждой.

Каким был список вопросов у журналистов?

– Мы с Яном прорабатывали построение типичного интервью в течение нескольких месяцев. Пытались выстроить тематики, с одной стороны, очень универсальные, а с другой – личные. Но я просила всех журналистов ни в коем случае не смотреть на бумажку и не читать вопросы один за другим. Ведь ни у одного из нас нет десяти сильных историй, которые мы пережили и которые сделали нас теми, кем мы стали. Чаще всего это одно-два воспоминания о событиях, которые перевернули нашу жизнь. Главное за интервью успеть поговорить об этом. Некоторые люди думают, что наши разговоры длились очень долго: дни напролет. Но это не так, они длились по часу-полтора. И вот за это время люди раскрывались. Мы очень часто начинали с детства. Потому что когда человек рассказывает о детстве, он не станет врать. С этого сразу начиналась волна искреннего разговора. Потом шли по всем этапам жизни человека: семья, воспитание, работа, момент рождения детей… Говорили о радостном и тяжелом.

Одним из самых мощных вопросов стал вопрос о самом сильном испытании в жизни героев и о том, что они из него вынесли. Благодаря этому вопросу мы получили, наверное, четверть ответов для фильма и очень много сильных историй.

Знали ли люди примерные вопросы заранее?

– Никогда не знали. Чтобы эти моменты признаний ощущались во время фильма. Может быть, через два дня эти же герои сказали бы что-то совершенно другое или не сказали ничего. Но важно было заранее дать людям понять, что это будет не обычное интервью, а очень личное. Нужно было объяснять, каким будет фильм и почему люди должны делиться такими вещами. Это была большая часть работы фиксера.

Сложно представить, как вы из 2 тысяч записанных разговоров выбрали материал для фильма…

– Это было невероятно трудно. Мы монтировали около года, в то время как в среднем документальные фильмы монтируются полтора-два месяца. Трудно было и потому, что у каждого из нас, конечно, были свои любимчики. Это были постоянные перемонтажки… В какой-то момент мы пришли к 8-часовой версии, которой мы все уже были довольны (смеется. – ДМ). Нам показалось, вот такой фильм можно выпускать! А нужно было сделать два часа, и уже никого не хотелось вырезать.

Поэтому мы решили, что не страшно, если из трех очень мощных историй, которые говорят примерно об одном и том же, мы оставим одну, которая будет голосом всех остальных. Главное, чтобы каждая из тем была кем-то представлена. Также в фильме мы показываем фотографии людей, слова которых не вошли в фильм, они как бы слушают тех, которые говорят. Мы это сделали и для того, чтобы хотя бы визуально в фильме присутствовали все люди, с которыми мы поговорили, и чтобы показать взаимосвязь между людьми всего мира. Получая отзывы от людей и все эти письма, мы почувствовали, что затронули в них что-то глубокое. Значит, это универсальный фильм. Мы именно таким и хотели его сделать.

***

Анастасия также рассказала, что следующий фильм Яна Артюса-Бертрана будет называться «Женщина» (Woman) и станет посвящением всем женщинам мира. Он также будет основываться на жизненных историях. Интервью для него стартуют в сентябре.

Фото – ОМКФ

* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
5712
Коментарі
0
оновити
Код:
Ім'я:
Текст:
Долучайтеся до Спільноти «Детектора медіа»!
Ми прагнемо об’єднати тих, хто вміє критично мислити та прагне змінювати український медіапростір на краще. Разом ми сильніші!
Спільнота ДМ
Використовуючи наш сайт ви даєте нам згоду на використання файлів cookie на вашому пристрої.
Даю згоду