17:06
Середа, 20 Липня 2016

Памяти Павла Шеремета

Солнце в Киеве светит, а день черный. Убили Павла Шеремета. Взорвали в машине.
Памяти Павла Шеремета
Следствие должно дать ответ, хотели убить именно его или охота шла на редактора «Украинской правды» Алену Притулу, в чьей машине он выехал в тот день из дома. Но от того, что ответ будет дан, Павла не вернешь.
Он был неисправимым оптимистом. Сколько ни вспоминаешь сейчас его, Павел улыбается.
Павел Шеремет в 1997 году. Фото ИТАР-ТАСС
Я помню его молодым телеведущим лучшей аналитической программы «Проспект», которую делала независимая компания «ФIТ». Это был новый формат для белорусского телевидения — не только потому, что вместо говорящей головы в студии появились нормальные разговаривающие люди. Новым было лицо молодого умного парня с широко раскрытыми глазами и невероятно естественной для экрана улыбкой.
Потом мы работали вместе в «БДГ». Оказалось, что он действительно легко и остро умеет писать об экономике: сказался «нархоз», в котором он учился. Сейчас мало кто поверит, что один из самых известных белорусских журналистов не имел профессионального журналистского образования. Его не учили расстановке лидов, формулированию названий — все это получалось у него просто и легко. Он это умел сам.
1997 год, Минск. Шеремет на акции протеста белорусских журналистов против принятого закона о печати. Фото ИТАР-ТАСС
Потом он работал корреспондентом ОРТ в Беларуси. Эта работа закончилась для него тюремным заключением и потерей белорусского гражданства. Но знаменитый кадр, когда Шеремет переступает фактически неохраняемую белорусскую границу, стал частью истории, как и лозунг: «Шеремета в президенты — президента в Шереметы!» Как и возмущенное из уст Ельцина: «Пусть он — Лукашенко — сначала Шеремета выпустит!»
Дмитрий Завадский и Павел Шеремет во время суда. Фото «Салідарнасць»
Этот «переход через границу» был символичным. И очень характерным для Павла. Он не терпел границ. Он хотел свободы. Ему было трудно без свободы. И поиски свободы сначала вынудили его уехать в Москву, а потом — в Киев.
Когда-нибудь мы узнаем имена его убийц. Пока же единственное имя, которое продолжает звучать — эхом от взрыва, шоком — его.
Паша, Павел, Павел Григорьевич… Ранняя седина и мальчишеская улыбка. И грусть, которая читается сейчас во взгляде на его фотографиях.
Фото svoboda.org
Страшно.
Прости, что мы тебя пережили. Спасибо, что ты был.
Александр Федута, "Белорусские новости"
Александр Федута, «Белорусские новости»
Всі матеріали розділу / жанру:
* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
824
Переглядів
Коментарі
Код:
Им'я:
Текст:
Коментувати
Коментувати
Нові тексти на ДМ
2016 — 2019 Dev.
Andrey U. Chulkov
Develop