Вера Кричевская: «Свобода слова» в последнее время превратилась в шоу ради шоу

13 Червня 2007
8321

Вера Кричевская: «Свобода слова» в последнее время превратилась в шоу ради шоу

8321
Режиссер-постановщик «Свободы слова» считает, что программу нужно вернуть в формат: жесткий хронометраж и модерация.
Вера Кричевская:  «Свобода слова» в последнее время превратилась в шоу ради шоу

Для перезапуска ток-шоу «Свобода слова» на ICTV в Киев снова приехала автор и режиссер-постановщик российского варианта программы Вера Кричевская, автор проектов «Страна и мир», «Антропология», «Герой дня», «В нашу гавань заходили корабли», «Сегоднячко», «Свобода слова» на НТВ и ICTV.

 

В беседе с «Детектор медіа» она недоумевала, как при огромной продолжительности и слабой модерации «Свобода слова» в Украине имеет самые высокие рейтинги.

 

«Украина – действительно очень специальная страна с особой политической ситуацией»

 

– Вера, «Свобода слова с Савиком Шустером» – это, пожалуй, самый успешный проект на украинском телевидении, феномен уже двух телесезонов. Программа в прежнем формате сама уже становится историей, а можно немного про ее историю? Права на этот формат принадлежат только вам?

– Над этим форматом работали три человека –  шеф-редактор НТВ Наталья Никонова, Савик Шустер и я. У меня зарегистрировано авторство на всю технологическую составляющую программы. Реализация технологии – все эти пульты, социологические кривые в прямом эфире – это был личный эксперимент.

 

Я считаю, что современное общественно-политическое вещание не может существовать без инновационных коммуникационных технологий. Когда в 2001 году (премьера программы состоялась 14 сентября 2001-го. – «ТК») мы ее придумали, это был сумасшедший прорыв. Мне всегда хотелось видеть реакцию аудитории в реальном времени – не с опозданием на день, когда приходят доли и  рейтинги, а сразу видеть оценку того, что происходит в студии, такую мгновенную обратную связь. В Голливуде у крупных кинокомпаний есть целые кинозалы, которые оборудованы системой, позволяющей тестировать черновой  монтаж: в  кинозале собирается репрезентативная аудитория, место каждого зрителя оборудовано пультом с «колесиком», таким же, как в «Свободе слова». Зрители смотрят фильм и крутят «колесико» на пульте. Далее компьютер обрабатывает и анализирует данные, определяя всплески и потерю внимания, симпатию и антипатию к героям и многое другое. Во время предвыборной компании 2001 года в Великобритании газета Daily Telegraph целый газетный разворот посвятила эксперименту: несколько фокус-групп с такими же пультами оценивали записанные на видео ключевые высказывания политиков. Так вот, в газете на двух полосах был размещен огромный график с кривыми. И на пиковых точках в отрицательной и положительной зонах располагались цитаты политиков. Такой глас народа. Такая технология широко используется в электронных фокус-группах  в социологии, но в прямом эфире – нигде и никогда! Для обработки данных требуется время. А мне нужен был мгновенный результат на экране в студии, ну максимум с секундным опозданием. Умельцев, которые бы написали софт, я искала по всему миру, и в итоге нашла ребят-программистов не в Москве, не в Питере – в Екатеринбурге. Они взялись сделать программный продукт в очень короткие сроки – месяца за четыре. Адаптировали софт для Украины, кстати, тоже они.

 

– Как программа пришла в Киев? Кто предложил?

– Идею запустить «Свободу слова» на Украине Виктору Пинчуку предложил Борис Немцов.

 

– Вы продали формат Украине? Кто сегодня владелец прав на проект в Украине – канал или Пинчук?

– Вообще вопрос авторских прав очень сложно решается на всем постсоветском пространстве. В России есть собственник и есть автор, и права собственника доминируют над авторскими. Собственником этого телеформата на территории России была и остается телекомпания НТВ. Права на украинскую «Свободу слова» принадлежат ICTV.

 

– Когда запускали в Украине, что было самым сложным?

– Этот вопрос лучше задать Савику. Я запускала проект и, запустив, очень быстро «отсоединилась». Поэтому, когда сейчас мне предложили сделать перезапуск этого проекта, вы не представляете, какое удивление у меня вызвало то, во что он превратился за два года и какой популярности достиг. Это был шок. И несмотря на сумасшедшую популярность, я не могу сказать, что я в восторге от программы, скорее, наоборот,

 

– Многие говорят, что аудитория на самом деле не отвечает выборке, что есть манипуляции. Правда ли, что каждый раз разная аудитория?

– Аудитория каждый раз разная. Манипуляции – это чушь. Я занималась подбором социологической компании и разрабатывала логистику выборки и доставки людей в студию. Аудитория – сто человек, которые каждую неделю приезжают в студию, – это абсолютно случайная социологическая выборка, сделанная научным методом. Понятно, что выборка в 100 человек нерепрезентативна по количеству. Поэтому мы ввели принцип панели на 4 недели. За 4 недели через студию программы «Свобода слова» проходит 400  человек (с учетом всех социально-демографических позиций), и эти 400 – репрезентативная выборка.

 

– Сколько людей прошло через программу за два года?

– Это легко сосчитать, умножив количество программ на 100.

 

Я исключаю вопрос любых подтасовок с аудиторией со стороны канала. Выборка представляет все регионы Украины, на местах работают агенты социологической компании, и мне трудно сказать, приводили ли они своих друзей и родственников в эфир – это вопрос их добросовестности. Перед каждым эфиром все 100 человек заполняют анкеты, и у нас есть данные на всех, кто бывал в студии: кто он, сколько ему лет, какое образование, кем работает.

 

Главным принципом «Свободы слова» был и остается принцип прозрачности, и по договору с социологами мы в любую секунду можем провести аудит этой выборки. И вы, кстати, как журналисты тоже можете провести такой аудит.

 

– Вы сказали, что не понимаете такой популярности украинской «Свободы слова»…

– Не понимаю. Запустив программу, я следила за ней еще пару месяцев. А потом «уснула» на два телевизионных сезона. «Проснулась» 10 мая, когда приехала в Киев – и поняла, что Савик здесь стал мегазвездой. Я стала отсматривать программы – на кассетах, в Интернете, в эфире…

Во-первых, я вообще не узнала программу. Теперь она идет невероятное количество времени.

 

– …и повторялась утром…

- По-английски я ее сразу назвала Never-Ending Story, или «Работаем до последнего клиента». Мне это категорически не нравится. Я вообще не понимаю, как можно заканчивать эфир в два часа ночи. В Киеве я несколько раз пыталась досмотреть «Свободу слова» до конца, и ни разу не смогла – при том, что я очень заинтересованный человек. У меня так и не сложилось целостной картины – как выглядит программа сегодня: для меня очень важно, как Савик заканчивает эфир. Всегда был важен «Свободный микрофон» в финале – иногда люди в студии были настолько искрометны, что одна короткая зрительская фраза стоила целого эфира. Теперь этого нет. То есть, конечно, эти эпизоды есть, но дождаться их в эфире довольно сложно. Таким образом, произошло разрушение драматургии. А что касается содержания, то у меня от последних четырех – пяти эфиров осталось ощущение бесконечной свалки. И я думаю: ну неужели все эти герои «Свободы слова» за два года не достаточно наоскорбляли друг друга! Я знаю, что свалка в эфире – залог рейтинга, и даже где-то я люблю такие вот «свалочки», но во всем нужен баланс. «Свобода слова» в России ловко балансировала между свалкой и содержательность. В программах последнего месяца  в Украине не было конструктива. А, может, исторический период у вас в стране такой особый – период демократической разборки.

 

Я видела и очень хорошие выпуски. Эфир с Коротичем и Евтушенко.  Многие очень хвалили программу в «День без политики». Но в последнее время это уже было шоу ради шоу.

 

– Так все же, нынешнюю аморфность эфиров допустил именно Савик Шустер – либо это украинская специфика?

– Я уверена, что ни в одной цивилизованной стране мира невозможна такая вот многочасовая бесконечная телевизионная программа, которая ломает сетку канала, в которой нет никаких сценарных драматургических ограничений по времени и в которой из недели в неделю обсуждается, фактически, одна и та же тема. «Свобода слова» в Украине выглядит как «экстренный выпуск». Мол, простите, если что не так, если не все гости пришли, или, наоборот – слишком много гостей, если обсуждение хаотичное и сбивчивое, если, в результате, ничего толком не обсудили… Такой вот еженедельный «экстренный выпуск». Украина – действительно очень специальная страна, у нее особый путь, на поле политического ток-шоу – точно. Я не даю оценок – плохо это или хорошо. Факт – пока зрителям нравится. Вопрос – как долго это могло бы продлиться?

 

– …Савика воспринимают как очень жесткого ведущего.

– В последнем эфире, в котором он прощался с ICTV, был эпизод, когда Савика как ведущего-модератора вообще не было. Минут 10 представители двух сторон говорили параллельно друг с другом, демонстрируя чудовищную глухоту – и человеческую, и политическую. Гости говорили в два голоса, ровно, не надрываясь, они даже не пытались перекрикивать друг друга, полное тотальное игнорирование. Это выглядело, как театральная полифония. Это очень хороший элемент шоу – если он длится не более минуты. Но не 10 минут! В какой-то момент я подумала, может, что-то произошло и Савику пришлось покинуть студию ненадолго. Я считаю, что Савик пустил программу на самотек. И мне это не нравится. Но зашкаливающие рейтинги говорят, что зрителям это как раз нравится.

 

– Итак, вы полагаете, что «Свобода слова» должна иметь более жесткую модерацию?

– Я считаю, что программу нужно вернуть в формат – жесткий хронометраж и модерация. И при перезапуске я бы хотела этого добиться. Не знаю, какой будет реакция телезрителей. Зритель очень консервативен. Мало того, что поменяется ведущий, так еще и каркас передачи станет более жестким…

 

– Как вы сами относитесь к тому, что Савик мало обсуждал не только то, кто виноват, но и что делать для решения проблем в Украине?

– Повторюсь: нужен баланс между свалкой и содержательностью. Этот баланс сбит в сторону шоу, свалки в эфире, и мне кажется, что это плохо. Я хочу, чтобы в программе появился какой-то смысл.

 

–- А авторам предлагались какие-то «бонусы» за право определенным людям посидеть в креслах участников?

– Если вы имеете в виду практику, когда в программе появляются проплаченные гости, то ответ –  никогда этого не было и никогда это не предлагалось нам как авторам программы. Слово «бонус» в вашем вопросе предполагает участие в этом процессе работодателя. Когда мы только начали разговор о запуске этого формата с акционерами канала, мы обозначили нашу жесткую позицию – неучастие акционеров в нашей редакционной политике. Ну это единственный работающий принцип в журналистике…  А акционеры сказали: наше условие – баланс, на каждое мнение в студии должно быть контрмнение. Все. Вы знаете, почему «Свобода слова» стала прорывным проектом в Украине? Потому что акционеры не вмешивались в содержание, потому что ведущий деньги не брал. Я сужу по эфирам. Искренне желаю Савику на новом канале встретиться с такими вот акционерами.

 

– А вы сомневаетесь, что на «Интере» есть такие акционеры?

– Не знаю. Я даже не знаю, кто именно там акционер.

 

– Были ли какие-то персоны нон-грата на ICTV?

– Это вопрос к Савику.




 

«Мне кажется, что он в хоккей перешел. И теперь у него не мяч, а шайба»


– Как вы отнеслись к решению Савика уйти на «Интер»?

– Я ему рекомендовала остаться. Понимаете, успех любого продукта – это нечто очень эфемерное, и просчитать его невозможно. У этой программы был безусловный успех в России, но он ни в какое сравнение не шел с успехом в Украине.

 

Я желаю Савику удачи, но, по-моему, такими проектами, которые принесли такой успех, нельзя бросаться.

 

Он говорит, что хочет играть в другой футбольной команде, что в футболе игроки переходят из одной команды в другую, и это нормально. Но мне кажется, что он в хоккей перешел. И теперь у него не мяч, а шайба. Если бы он ушел вместе с форматом, с брендом, я бы воздержалась от каких-либо рекомендаций. Мне жаль.

 

– Как я понимаю, о новом проекте Савика лучше спрашивать у самого Савика. Какой будет идеология «Свободы слова» в новом сезоне, с новым ведущим? Что изменится?

– Мы должны исходить из актуальных, горячих тем. Это правило программы и, наверное, этот принцип сохранится. Однако очень много других важных и «вечнозеленых» проблем. Мы попытаемся разбавлять политику ими. Но этот вопрос зависит исключительно от политической ситуации в Украине. Время такое.

 

– Иногда мне, как зрителю, кажется, что политики устроили перманентные выборы еще и для того, чтобы в очередную пятницу прийти в студию «Свободы слова».

– Возможно (смеется).

 

– Гендиректор ICTV Александр Богуцкий говорил, что дискутировал с Шустером на ту же тему: «Свобода слова», на его взгляд, должна обсуждать не только скандалы недели, но и социально важные проблемы…

– Понимаете, украинцы уже пресыщены тем, что творится в стране. В какой-то момент рейтинги политических программ начнут снижаться, так же как и явка на выборах. Человек перестанет интересоваться Ющенко, Януковичем и Тимошенко. И озаботится тем, где учатся его дети и чему, где лечиться и за какие деньги. Я уверена, что однажды эти проблемы выйдут на первый план.

 

– Представим абсолютно гипотетическую ситуацию, что политические скандалы в Украине вдруг закончились. О чем тогда будут дискутировать в студии? По вашему опыту на НТВ – какие социальные темы имели высокие рейтинги?

– Конечно, в российской «Свободе слова» говорили и о политике, но совсем не в такой пропорции. Вечные темы известны. Очень горячей темой, со стабильно высокими рейтингами, всегда оставалась реформа ЖКХ. Это волнует каждого, потому что дома в России давно уже падают, лопаются системы тепло- и газоснабжения. Второе – это российская армия. У всех есть дети, и состояние армии, дедовщина, смертность волнуют очень многих. Наступает зима – отопительный сезон, наступает лето – вступительные экзамены в вузы. Судебная реформа, суды присяжных, смертная казнь. Усыновление детей. СПИД. Какая там политика? Социалка в российской «Свободе слова» имела огромный удельный вес. И в Украине проект должен обсуждать то, что важно.

 

– Кастинги на роль ведущего «Свободы слова» еще продолжаются?

– Да.

 

– Это будет один человек?

– Непонятно.

 

«В Украине поле непаханое для множества форматов»

 

– Вера, вы провели в Киеве определенное время, и вновь вернулись сюда. Как вы оцениваете состояние украинской журналистики? Меняется ли она?

– Не могу сказать, я занимаюсь только проектом.

 

– Ваша оценка технологического состояния российского и украинского телевидения?

– Нигде в Киеве, кроме ICTV, я не работала. Когда мы запускали «Свободу слова», техническое оснащение студии обновили, и меня оно устраивает.

 

– Чем вы сейчас занимаетесь в Москве?

– У меня маленький ребенок, так что я позволила себе полугодовой отдых. Тем не менее, я сделала много пилотных проектов, подготовила новую ведущую для новостей НТВ.

 

– Как вы относитесь к лицензионным шоу? К Comedy Club, к «Дому-2»?

– Я – не целевая аудитория этих проектов.

 

– Вера, вы режиссер-постановщик таких популярных в России программ, как «Страна и мир», «Утро». Вы занимались «Утренней почтой», «Героем дня», «Антропологией», «В нашу гавань заходили корабли» и очаровательной «Сегоднячко». Наконец, «Свобода слова» – на НТВ и на ICTV. Какая из них самая любимая?

– Безусловно, больше всего я люблю «Антропологию» и «Свободу слова». Это самые дорогие мои проекты. Не в материальном смысле, конечно.

 

– На ваш взгляд, какие из этих программ будут жить, а чье время и формат уже ушли? Почему в Украине не возникло собственной «Гавани» или «Сегоднячка» – из-за отсутствия денег на проект или адекватных ведущих?

– На мой взгляд, в Украине поле непаханое для множества форматов. Я очень-очень  мало смотрю украинское телевидение, только когда приезжаю. Когда включаю телевизор, чаще всего попадаю на второсортные российские сериалы, а оригинального собственного продукта мало. Самым ярким впечатлением два года назад, когда я начала делать «Свободу слова», стало количество каналов. Оно безумное, я несколько раз пыталась сосчитать, сколько же их, и каждый раз сбивалась со счета. При этом предложение контента внутри каналов очень маленькое. В итоге в голове складывается странная картина. К тому же, большинство телеканалов непонятны по аудитории. Для меня очень важно, переключив канал, понять, для кого он. В России это всегда было очень четко. Возможно, это мое личное и очень отрывочное восприятие.

 

– И все же, на чем останавливалось ваше внимание при перещелкивании пультом?

– Естественно, это новости и «Свобода слова» на ICTV – скорее по рабочей необходимости. Фоном смотрю канал новостей «24». Я очень плохо понимаю украинский язык, поэтому не могу ничего сказать про уровень журналистики, но визуально – а я воспринимаю прежде всего картинку – он мне нравится.

 

– Чем ваша работа в Украине отличается от российских реалий? Какие были сложности ?

– Я не могу сказать про сложности, мне как раз здесь повезло. В России всегда очень тяжело преодолеть определенный порог. Уже есть хорошая идея, ты понимаешь, как ее реализовать, но дальше начинает действовать сумасшедшая сила, которая тормозит весь процесс – это руководство, которому нужно что-то доказывать, тратить очень-очень много усилий, потом это все переворачивается и превращается неизвестно во что.

 

Здесь два года назад, при запуске «Свободы слова», был сценарий, когда никто не мешал, а только помогали, было большое доверие. Фактически я сделала все, что хотела. В моем телевизионном опыте это залог успеха.

 

– С кем из телепродюсеров вам было интереснее работать? На каком канале – на НТВ, СТС, ICTV? Каким человеком, например, показался вам Александр Роднянский, для которого вы ставили сериалы на СТС?

– С Роднянским я общалась шапочно, снимая сериалы для СТС. Самая интересная и качественная работа в моей жизни была на НТВ в команде Леонида Парфенова и Евгения Киселева. Все самое лучшее, что было сделано, было сделано с ними. Наш последний совместный проект с Парфеновым до сих пор успешно идет на НТВ – новости, которые раньше назывались «Страна и мир», а сейчас «Новости в 19.00», их ведет пара ведущих. Я была режиссером-постановщиком программы. Проект очень сложный: не просто парный конферанс, а новости, показанные на пять камер, в режиме бесконечных переверсток. Вести эти новости –  высший пилотаж. Ведущие этих новостей профессионально на голову выше остальных новостных ведущих в России. Готовя программу, мы до мелочей освоили технологию новостей Fox News, Sky News, крупных американских станций. Для меня эта программа – личный подвиг. 7 месяцев тренингов с ведущими и группой.

 

– А «Антропология»? Возможно ли нечто подобное в Украине?

– Я хочу сделать здесь очень похожий формат. Я вижу, кто может вести подобное ночное шоу, знаю, как его сделать, и, думаю, в ближайшие дни выступлю с предложением для канала. Это не будет «Антропология», это будет другой ночной проект. Скажу только, что у меня в голове сейчас очень интересная студия и я очень рассчитываю, что уговорю человека, которого вижу в кресле ведущего, на эту работу.

Команда «Детектора медіа» понад 20 років виконує роль watchdog'a українських медіа. Ми аналізуємо якість контенту і спонукаємо медіагравців дотримуватися професійних та етичних стандартів. Щоб інформація, яку отримуєте ви, була правдивою та повною.

До 22-річчя з дня народження видання ми відновлюємо нашу Спільноту! Це коло активних людей, які хочуть та можуть фінансово підтримати наше видання, долучитися до генерування спільних ідей та отримувати більше ексклюзивної інформації про стан справ в українських медіа.

Мабуть, ще ніколи якісна журналістика не була такою важливою, як сьогодні.
У зв'язку зі зміною назви громадської організації «Телекритика» на «Детектор медіа» в 2016 році, в архівних матеріалах сайтів, видавцем яких є організація, назва також змінена
«Детектор медіа»
* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
8321
Коментарі
0
оновити
Код:
Ім'я:
Текст:
Долучайтеся до Спільноти «Детектора медіа»!
Ми прагнемо об’єднати тих, хто вміє критично мислити та прагне змінювати український медіапростір на краще. Разом ми сильніші!
Спільнота ДМ
Використовуючи наш сайт ви даєте нам згоду на використання файлів cookie на вашому пристрої.
Даю згоду