Георгий Почепцов, «Хвиля»
18:51
Четвер, 12 Вересня 2019

Телевизионные политические ток-шоу, как и сериалы, создают панику в мозгах

"Паника в мозгах", создаваемая телевидением, продолжается поиском спасителя.
Телевизионные политические ток-шоу, как и сериалы, создают панику в мозгах

Телевизор должен успокаивать, что могло бы быть его основной функцией, как когда-то делали «Голубые огоньки» или юмористические передачи. Но сегодняшний мир стал таким «горячим», что успокоить его можно, только переключив на нечто еще более «горячее», чтобы старое показалось прохладным.

Переходя от новостей к российским телевизионным политическим ток-шоу, зритель попадает в нечто абсолютно противоположное советскому «Голубому огоньку». Видимо, участники, сдают свое оружие на входе, поэтому им остается бросаться только с кулаками на недругов. Если команда позитива одна, то и командов негатива остаются те же люди. Одним из них является эксперт по Украине В. Трюхан, хорошо известный  в России и неизвестный в Украине.

Визуальное отражение живых персон на экране меняет не только их внешность, но и социальный статус. Узнаваемость является одним из важнейших инструментов при избрании политиков, поэтому они стараются не сходить с экрана телевизора

С. Митрофанов замечает: «Вечер у Соловьёва (или с Соловьёвым) начался на очень повышенных тонах. Но не это составило для меня в данном случае сюжет. А нечеловеческой силы человеческая драма. Я как будто стал очевидцем изничтожения личности катком пропаганды. Личность – это Вадим Трюхан, я его наблюдаю уже несколько недель, как он превращается из вальяжного увальня в нервнобольного. Вообще, Трюхан почему-то не вылезает из российского Телевизора, как будто в нем работает, но по сценарию он защищает Украину […] Не знаю, договор у него с Телевизором или не договор, за деньги или нет, но из недели в неделю Трюхан все семь рабочих дней становится по этому поводу мальчиком для битья. Что постепенно подтачивает его личность. А возможно и здоровье. Смотреть на это больно. К последнему воскресенью Трюхан так охрип, что почти потерял голос, и волки-коршуны решили его добить. Соловьёв нарочно так повысил общую тональность срача, что заставлял бедного проукраинского Трюхана себя перекрикивать. Однако сделать этого Трюханне не мог чисто по физическим показателям. Получалось и жалко, и совершенно не слышно. Только мимика и жесты. Предрекаю полное психическое расстройство штатного защитника Украины в дальнейшем».

«Расстрел» противников, именуемый для мягкости телевизионным ток-шоу, оказался очень востребованным типом зрелища. С его помощью удается многократно напоминать, кто в доме хозяин.

На экране важны не только прямые действия и слова, но и непрямые, когда они ведут к нужным выводам. А. Чеснаков так ответил на «выпад» Венедиктова против Суркова: «Сурков, наоборот, отзывается о Венедиктове с уважением. Сам слышал, как он говорил, что из всех принадлежащих государству СМИ самым важным является «Эхо Москвы». Потому что оно сделало для укрепления суверенной демократии больше, чем Первый канал и ВГТРК вместе взятые. Потому что «Эхо Москвы», работая с проблемной и нелояльной аудиторией, все эти годы умело перенаправляет раздражение этой аудитории в пустоту. Сурков считает, что это высший пилотаж, что Венедиктов настоящий мастер и один из столпов нынешней политической системы».

Это важное и интересное наблюдение. Насколько оно соответствует действительности неизвестно. Но понятно, что либерально и протестно настроенные граждане, именуемые выше «раздраженными», будут собираться вокруг «Эха Москвы» или «Дождя». Исходно также признаем, что А. Венедиктов, поддерживающий прекрасные дружеские отношения с основными «информационными киллерами» власти, не может действительно быть их реальным противником. Протестность, вероятно, можно направить впустую тем, что поколение соцсетей может выражать свою протестность репликами в Фейсбуке или чтением «Эхо Москвы» в интернете. И это позволяет им считать себя либерально-оппозиционными. Их тянет слушать подобные же речи, и государство за свой счет дает им эту возможность. Или второй вариант — государство содержит «Эхо Москвы», чтобы видеть или слышать смягченные станцией намерения основных протестных игроков. Это также дает возможность в критической точке возможность закрыть вещание, или существенно смягчить его, заменив ведущих выступающих на провладных с месседжем «не следует раскачивать лодку».

Можно объединить телевизионные политические ток-шоу и «Эхо Москвы» в один подход, поскольку они управляются из единой точки и единым государственным финансированием, то и модель управления будет иметь сходные черты. Работает старая, как мир, модель, кто платит, тот и заказывает музыку.

Это можно обозначить не как модель управляемого хаоса, а как модель управляемого негатива. Понятно, что нельзя делать те же информационные интервенции в мир досуга, что и в рабочий мир человека. Мир развлечений требует иного подхода. При этом аксиомой остается то, что наличие негатива является в массовом сознании знаком того, что это и есть демократия.

Негатив нужен — это аксиома, поэтому управление негативом лежит в основе всего. ТВ-шоу используют для этого два основных приема. С одной стороны, это карикатурная подача негатива с помощью осмеяния говорящего негатив. С другой, командный метод разгрома негатив. То есть в  первом случае речь идет о смехе над персоной, во второй — работе против самого «вредного» контента.  В последнем случае работают как ведущие, так и провластные политологи. К ним также синхронно приближается аудитория в зале, которая реагирует на команду «аплодисменты». То есть возникает схема «все против одного», которые  иногда получает и физически от ведущего, как это случается. Изгнание и битье эксперта становится приметой ТВ-шоу и судя по количеству откликов именно это и привлекает внимание ка как критиков, так и аудитории. Перед зрителями разыгрывается целая драма, когда даже ведущим становится плохо. Но чаще «убивают» приглашенных, которые заранее признаны «врагами». Хорошие эмоциональные страсти должны иметь физическое разрешение, где благородные рыцари эфира изгоняют холопов. К тому же, эти «бои» хорошо оплачивается, поскольку В. Соловьев купил уже вторую виллу на озере Комо. Здесь имеют свои виллы и более «мелкие» персонажи вроде Джорджа Клуни или  Мадонны, которые реально и легально имеют миллионные гонорары.

Эфирное возбуждение передается в мозги. Реально перед нами феномен трансляции фейковых новостей, для которых избрана респектабельная форма говорящих знакомых лиц. Последние исследования фейковых новостей открыли еще одну их удивительную способность  —  со временем они порождают фальшивые воспоминания. Люди хорошо их помнят, что создает ощущение, что все, что там рассказывалось, было правдой, поскольку источник информации теряется. ТВ-шоу политического характера «сидят» на такой же «игле», однотипно создавая фальшивые воспоминания.

Исследования показывают, что чем больше человек знает проблему, тем более вероятно конструирование фальшивых воспоминаний: «Зная много о чем-то и, что важно, будучи очень заинтересованным в этом, означает, что у нас есть много накопленной информации по этому вопросу. Когда мы встречаем новую информацию, например, фейк как вроде бы достоверную новостную историю, вероятно, имеет место активация этой старой памяти и появление фальшивого чувства знакомого».

И еще: «Это важные результаты, поскольку мы продемонстрировали, как легко фейковые новости могут вкладывать фальшивую память в разум избирателей во время политической кампании. Вполне возможно, что вложенная память может влиять на поведение избирателя, если ее не исправят».

Это распространенный процесс, с которым мы сталкиваемся чаще, чем мы думаем. Население тоже живет в фальшивых воспоминаниях счастья или беды прошлой жизни, не замечая, что эти воспоминания пришли из художественных, а не личных воспоминаний. Пропаганда, транслируя эмоции счастья, поступает правильно, поскольку в нужный момент от нее придут фальшивые воспоминания

«Паника в мозгах», создаваемая телевидением, продолжается поиском спасителя. В этом случае, как установлено, политическими психологами консервативный электорат хочет спрятаться за фигуру лидера. Кстати, отсюда же «Сталин (Путин) придет, порядок наведет». Отсюда следует простой вывод, чем ситуация становится хуже, тем потребность в такого рода лидере возрастает. Виртуальные волнения требуют помощи от виртуального лидера даже в случае, когда это не ощущается.
Георгий Почепцов, «Хвиля»
Всі матеріали розділу / жанру:
* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
286
Переглядів
Коментарі
Код:
Им'я:
Текст:
Коментувати
Коментувати
Нові тексти на ДМ
2016 — 2019 Dev.
Andrey U. Chulkov
Develop
Використовуючи наш сайт ви даєте нам згоду на використання файлів cookie на вашому пристрої.
Даю згоду