detector.media
27.07.2010 18:25
Игорь Гужва: «Против газеты ведется кампания»
Игорь Гужва: «Против газеты ведется кампания»
Главный редактор «Сегодня» уверен, что публичные высказывания бывших и нынешних журналистов газеты о его авторитаризме направлены не лично против него, а против издания и его команды

Скандал вокруг газеты «Сегодня» начался с комментария политического обозревателя Александра Чаленко нашему изданию, в котором тот заявил, что увольняется из «Сегодня» под давлением главного редактора Игоря Гужвы. Мол, тот не простил ему, Чаленко, что он в эфире канала «Интер» во время «Большой политики с Евгением Киселевым» разгласил, что собственником издания является Ринат Ахметов. ТК тогда же обратилась к Игорю Гужве с просьбой подтвердить или опровергнуть слова Чаленко - однако главный редактор говорил максимально обтекаемо и всячески желал Чаленко успехов в журналистике, но на новом месте.

 

В итоге свое возмущение увольнением журналиста из-за обнародования  общественно-значимой информации (да к тому же и без того публичной) высказало журналистское движение «Стоп цензуре!»

 

Однако, начавшись с Чаленко, история с газетой «Сегодня» на этом не закончилась. В нашу редакцию также обратились коллеги Чаленко, передавшие нам на условиях неразглашения источников письмо, в итоге опубликованное  «Дусей». Непростой ситуации в «Сегодня» были посвящены также авторские высказывания бывших журналистов газеты - Евгения Ихельзона и Ирины Соломко. ТК также обнародовала коллективное письмо от журналистов отдела новостей, в котором репортеры написали об авторитарных методах редактора и проблемных моментах работы; а также отклик журналистки «Сегодня» Анастасии Рафал, которую заявления коллег просто возмутили.

 

В интервью ТК Игорь Гужва рассказал о том, что конфликт с Чаленко исчерпан, Александр никуда не увольняется, а вот появление критических материалов о «Сегодня» он считает организованной против издания кампанией.

 

Игорь, как вы можете прокомментировать ситуацию в газете, заявление Чаленко, высказывания Ирины Соломко, Евгения Ихельзона?

Начнем с Чаленко. К нему у меня были серьезные вопросы относительно его поведения в политических ток-шоу. Вопрос этот был связан с тем, что он явно демонстрировал свои политические симпатии и антипатии в резкой, категоричной форме: то он с кем-то обнимался, то он с кем-то ругался. Я, в принципе, с большим уважением отношусь к гражданской позиции Саши Чаленко. Но каждый журналист, который присутствует как представитель газеты в телеэфире, представляет не только себя, но и издание. Соответственно то, как он себя ведет, как он общается с теми же политиками, формирует впечатление зрителей не только о нем лично, но и газете в целом.

 

Вам не нравится то впечатление, которое производит Чаленко?

Скажем так, оно противоречит тому имиджу, который создаем мы. Мы себя позиционируем как издание сбалансированное, объективное. Мы не поддерживаем каких-то отдельных политиков, этим и были вызваны мои разговоры с Чаленко, что его поведение на пользу газеты не идет. На днях мы с ним еще раз переговорили по этому поводу и пришли к выводу, что мы сможем решить эту проблему без увольнения.

 

То есть Чаленко остается работать в «Сегодня»?

Да. Более того, я считаю важным разработать четкий свод правил публичного общения наших журналистов, в частности в телеэфире.  Мы сейчас прорисовываем схему политического позиционирования наших журналистов. Наши журналисты, находясь, так сказать, при исполнении служебных обязанностей, не должны публично высказывать свои политические симпатии.

 

Как это можно регламентировать?

На самом деле не мы первые. Эта проблема была во всех медиа, в том числе западных. Главная цель этих правил - не создавать о газете превратного впечатления, как об издании заангажированном хотя бы в силу тех или иных симпатий ее обозревателей. Мы изучим международный опыт, сделаем выводы и напишем четкую схему жизни. Пока мне предельно ясно, что журналист и общественный деятель - это две разные вещи. Доверие к журналисту возникает от того, что у читателя нет ощущения, что он поддерживает ту или иную политическую силу.

 

Знаете, а мне показалось, что образ Чаленко более адекватен тому образу газеты «Сегодня», какой ее воспринимаю я, чем тот светлый образ независимого, незаангажированного СМИ, о котором говорите вы.

Собственно говоря, в этом и проблема. Мы сейчас работаем над тем, чтобы наша газета не ассоциировалась ни с какой политической силой. Это наша задача, и мы ее решаем.

 

А как вы относитесь к версии Чаленко, что вы ему предложили уволиться из-за того, что он в эфире «Большой политики с Евгением Киселевым» («Интер») сказал, что газета принадлежит Ахметову. Мол, вас это возмутило и вы заявили, что газету будут меньше покупать...

На самом деле по поводу Ахметова, это был лишь один штрих к описанной выше ситуации. Если вспомнить эфирную цитату, то там было сказано, что собственник нашей газеты - это Ринат Ахметов, депутат от Партии регионов, а нас не берут в пул президента. Подтекст мог читаться такой: мы же газета Партии регионов, газета власти, а вы, власть, нас же в пул не берете.

 

А как это могло стать поводом для увольнения?

Это был один из разговоров на одну и ту же тему, их было несколько, этот, может, был последним.

 

То есть для вас гораздо более принципиален вопрос о его политических взглядах?

Я с большим уважением отношусь к политическим взглядам каждого человека, в том числе и Саши Чаленко. Но ни я, как редактор, ни журналисты не могут себе позволить, чтобы наши взгляды доминировали в статьях - для этого есть колонка мнений. Также, когда я представляю газету, я не могу выступать как ярый поклонник какой-то политической силы, потому что это подорвет доверие сторонников другой политической силы к газете.

 

Вот вы сказали, что газета «Сегодня» будет отходить от образа политически ангажированного издания и становиться объективным, сбалансированным...

На самом деле мы уже выполняем эти задачи. В Украине это объективно трудно сделать из-за того, что есть очень серьезное политическое противостояние в обществе. Многие журналисты имеют свои четко выраженные политические симпатии, антипатии. Поэтому достаточно трудно переходить на объективность. Но, я думаю, именно такая газета сейчас нужна Украине. Мы делаем ее и будем делать.

 

Означает ли это, что теперь у вас не будет колонок Олеся Бузины или Дмитрия Табачника?

Я не помню, чтоб у нас были колонки Дмитрия Табачника. С ним у нас выходило большое интервью. Я брал его, кстати, вместе с Александром Чаленко. Это был чисто журналистский подход - мы взяли интервью  человека, имя которого у всех на слуху. Что касается колонок Олеся Бузины, они, естественно, останутся, но при этом у нас есть и другие колумнисты, которые выражают иные взгляды.

 

Как главный редактор, вы понимаете суть конфликта, почему вам журналисты  предъявили такие претензии?

По поводу заявления тех сотрудников, которые уволились - Ирины Соломко и Жени Ихельзона. Я просто хочу сказать, что есть разные люди, разные мнения, кто-то считает, что я авторитарен, кто-то считает, что я наоборот либерален, все прощаю.

 

Вам, к примеру, удалось найти компромисс с Чаленко после таких вот публичных выходок...

На самом деле мы с Чаленко просто попробовали по-новому посмотреть на эту ситуацию.

 

Это как?

Мы просто решили закрыть этот конфликт, который, в общем, никому пользы не приносит.

 

Только не говорите, что одним из факторов урегулирования конфликта было то, что вы таки подняли Чаленко зарплату...

Нет. Это точно был не финансовый вопрос.

 

По факту - кто кого прощал, вы Чаленко или Чаленко вас?

На самом деле в таких конфликтных ситуациях очень важно подняться выше личных обид, я считаю, что мы это сделали. Но если коротко - то наши редакционные принципы остаются неизменными - политическая незаангажированность, сбалансированность в том числе и в публичной сфере, на телеэфирах. Саша сказал, что будет работать по таким принципам.

 

А что вы думаете по поводу тех претензий, который вам предъявили как главному редактору? Ведь это очень сильный удар в болевую точку - мол, вы как редактор нас, ваших журналистов, не устраиваете, плохо редактируете наши тексты...

Во-первых, подчиненные мне такого не предъявляли, а предъявляли уволенные сотрудники. Они уволились, видимо, были какие-то вопросы...

 

...искажение цитат, переписывание текстов, вписывание комментаторов, которых там не было - это достаточно серьезные претензии.

Если бы я переписывал все тексты, то, наверное, я бы в редакции работал один. Возможно, мое самолюбие польщено, что мою личность так масштабно подали, но газету делает команда. Моя концепция управления изданием: каждый журналист - самостоятельная боевая единица, каждый журналист должен понимать важность тех или иных поводов, искать информацию, разрабатывать темы. Инициатива у нас не то, что поощряется, она считается необходимым условием работы. Мы должны быть креативными, потому что когда идет огромный поток бесплатной информации в интернете, по телеканалам, по радио, газета может выжить только превратившись в некое подобие ежедневного журнала, чтобы каждый день, покупая газету, читатель поражался «Вот это они дали! Вот это они придумали!».

 

Игорь, а почему та же Ирина Соломко написала о том, что газета получается хорошей не благодаря вам, а вопреки?

Это вы у нее спросите. Но если все статьи выходят из-под моего пера только под разными именами, и при этом газета получается хорошая, то тут, действительно, возникает неувязочка...

 

Игорь, а что касается претензий, высказанных вам в коллективных письмах...

По поводу текстов на «Дусе» и на «Детектор медіа» - то это анонимки, я их не комментирую.

 

Вы считаете, что те претензии, которые там выдвинуты, безосновательны?

Еще раз: это анонимные наезды и больше ничего.

 

Ок. Это позиция, в конце концов.

Знаете, это мне напоминает ситуацию с Александром Турчиновым, когда он заявлял, что у нас печатаются листовки против Юлии Тимошенко. Была такая история в 2007-м году. Турчинов утверждал, что они печатаются на Борщаговской 152-б. И якобы какие-то сотрудники ему об этом рассказали. Я долго удивлялся - почему он назвал адрес Борщаговская, 152-Б, нашего центрального офиса. При том, что типография находится в Вышгороде (хотя и она не имеет технических возможностей печатать листовки, которые показывал Турчинов). А потом я понял в чем дело - у нас на последней странице стоит юридический адрес нашей типографии - Борщаговская, 152-б. То есть те люди, которые придумали этот скандал, даже не удосужились проверить, где у нас находится типография, а просто купили газету и списали оттуда адрес.

 

Поговаривают, что вы должны были занять какую-то топовую позицию в холдинге «Сегодня-Мультимедиа». Насколько это соответствует истине?

Мне об этом ничего неизвестно. Я занимаю позицию главного редактора, и она меня вполне устраивает.

 

Игорь, вы возглавили газету в 2003 году. Какие задачи, как менеджеру, ставились вам тогда и какие перед вами ставят собственники сейчас? Какова, скажем так, эволюция этих задач?

В принципе задачи ставились в целом одни и те же - укрепление лидирующих позиций газеты «Сегодня».

 

Цифра наверняка какая-то называлась...

Цифры менялись, главное - место на рынке. Выход на лидирующие позиции, их укрепление.

 

А по тиражам - лидирующая позиция это сколько?

Больше, чем у остальных. Мы пишем каждый день свой тираж честно на последней полосе. Сейчас мы занимаем первую позицию в Киеве и городах-миллионниках. В розницу мы продаемся в некоторых городах больше, чем остальные ежедневки вместе взятые. В общем, эта задача в целом выполнена. Во время кризиса, также ставилась задача выхода на самоокупаемость. В связи с этим пришлось сократить расходы и резко увеличить цену газеты. Эта задача также была выполнена. В конце прошлого года мы прошли точку безубыточности, бюджет этого года мы утвердили без дефицита.

 

А каков бюджет?

Это коммерческая информация, я не могу ее оглашать.

 

С началом кризиса вы свернули некоторые проекты, газета «Вечерком» ушла в онлайн. Сейчас как-то обсуждается ситуация с возвращением «Сегодня мультимедиа» на рынок бесплатных  газет?

Сейчас мы следим за ситуацией. Все зависит от того, насколько быстро будет оживать рекламный рынок. Как только он оживет, мы, возможно, вернемся в сегмент бесплаток.

 

Можно ли говорить, что отношения с собственником в 2003 году были одними, а сейчас они другие?

О каких-то глобальных изменениях говорить не приходится. В целом задачи ставились - максимизация доли на рынке, увеличение доходов за счет того, что я как главный редактор вместе с командой будем делать качественный продукт, газету «Сегодня». Эта задача была, есть и, надеюсь, будет.

 

Встречаетесь с собственником?

Я встречаюсь с представителями управляющей компании - System Cаpital Manаgment.

 

А прямого контакта между вами и Ринатом Ахметовым нет?

По редакционным вопросам нет.

 

А с днем рождения он вас поздравляет?

Да, подарки присылает.

 

На сегодняшний момент какая обстановка в редакции? Люди лояльны к вам как к менеджеру, редактору или же чувствуется напряжение?

Мы, естественно, обсуждаем ситуацию, которая сложилась. И мнение, которое я слышу от коллег, это то, что против газеты идет кампания, но это будет испытанием для нашей команды, после которого она только укрепится.

 

Вас заказали?

Я не хотел бы говорить слова «заказали» до того, пока я не установлю, кто является заказчиком. Авторитарный я или либеральный руководитель -  на этот счет, знаете, есть много разных мнений. Но то, что я демократичен, это очевидно. Каждый журналист может ко мне в любое время зайти и задать вопросы. Я всех выслушиваю и стараюсь решить проблемы. Весь наш бизнес строится на доверии. Ведь кроме всего прочего, ежедневная газета - это сложный технологический процесс, в котором задействовано огромное число людей, и если между ними нет доверия, если нет доверия у коллектива к руководителю и наоборот, то делать такой сложный продукт практически невозможно.

 

Если оценить конкуренцию в вашей нише, то, по вашим словам, «Сегодня» - первые, а дальше кто? Ваш ближайший конкурент?

В целом по стране лидеры среди ежедневок - это «Сегодня» и «Факты». Но у нас просто разная аудитория.

 

А мне казалось - и то таблоид, и то...

На самом деле мы не таблоид, мы квалоид, от слова quality tabloid - качественный таблоид. Мы популярная газета, пишем и о серьезной политике, и о том, кто с кем женился-развелся. При этом мы все стараемся делать качественно, аналитично, креативно.

 

А «Факты» тогда какую нишу занимают?

Я думаю, это лучше у них спросить. Я с очень большим уважением отношусь к нашему конкуренту - газете «Факты», у нее свой читатель. Мы разделяемся с ней таким образом: мы газета крупных городов, в том числе и Киева. А «Факты» - это газета центра и запада Украины, а также некоторых городов на юге страны. Еще «Комсомольская правда» - она сохраняет позиции на Востоке. В Киеве «Газета по-киевски» наш достойный конкурент. «Блик» можно было до какого-то времени считать нашим конкурентом, они писали по-другому, но примерно о том же, о чем и мы. Сейчас они нашли свою нишу и правильно сделали. Потому что на нашем рынке не было достойного папарацци-издания. Я когда-то беседовал с одним иностранным журналистом в ресторане и рядом с нами сидел Александр Шовковский. А мой друг, он сам спортивный журналист, его узнал и страшно удивился - мол, если бы футболист такого уровня завтракал где-то, например, в Барселоне, то  вокруг бы уже стояло пять-шесть машин с папарацци. Так что это своя ниша, достаточно перспективная, возможно, мы тоже туда когда-то с каким-то еженедельником войдем.

 

Очень интересно...

Планы холдинга номер один - это масштабное развитие интернет-проекта и сохранение лидирующих позиций печатного издания. Об остальных планах говорить еще рано. Главное выйти из кризиса.

 

То есть у вас еще кризис не закончился?

Уже гораздо лучше, чем в прошлом году, но хотелось бы еще лучше. Мы надеемся, что в следующем году укрепится ситуация на рекламном рынке и на рынке печатных изданий. Я думаю, все будет хорошо.

 

Игорь, я так поняла, что, обсуждая с вашими журналистами последние события, вы сделали выводы, что против издания ведется кампания, а обсуждали ли вы это со своим руководством, с Гильермо Шмиттом? Какая была его реакция?

Его реакция крайне негативна, это человек, который проработал в ведущих изданиях Аргентины, имеет большой опыт общения с медиаменеджерами во всем мире. Для него главное - это этический вопрос, как можно такое творить, как так можно поливать грязью газету и ее представителей? Ему это непонятно. Он очень негативного мнения об этой кампании.

 

Он тоже считает, что это кампания?

Да, безусловно.

 

Скажите, разговор с ним повлиял на то, что вы решили дать нам интервью?

Мы с ним, естественно, обсуждаем, как реагировать на эту ситуацию. Мы работаем с генеральным директором в команде, поэтому мы обсуждаем все вопросы, тем более в такой нестандартной ситуации. Я думаю, что мы достойно переживем это испытание, из каждого кризиса нужно извлекать уроки.

 

Какой урок для вас главный в этой ситуации?

Во-первых, нужно еще более тщательно и эффективно делать то, что мы уже делаем.

 

Еще тщательнее редактировать тексты, переписывать их?

Нет, естественно. Нужно формировать правильную систему мотивации, нужно формализировать процессы, о которых я говорил - по поводу той же публичной самопрезентации. Ну и второй момент - еще более четко прописать стандарты подачи материалов. У нас есть эти стандарты, они, пожалуй, одни из самых жестких на газетном рынке. Моя задача, как главного редактора, чтобы они соблюдались. К примеру, обязательно даем две стороны, мнение независимых экспертов и так далее. Но сейчас мы думаем над более четкой формализацией. Также мы провели работу по созданию системы оценки труда журналистов. У нас нет гонорарной системы, у нас ставки, но мы работаем над тем, чтобы они были более гибкими, чем сейчас.

 

И, как я понимаю, штрафы, о которых упоминали ваши сотрудники?..

Это наше внутреннее дело. Премии, штрафы, поощрения есть во всех организациях.

 

Как вы думаете, та ситуация, которая сложилась, она может привести к созданию профсоюза в редакции? Как вы относитесь к журналистскому профсоюзу?

Этот вопрос у нас не обсуждался. Лично я пока не понимаю, чем профсоюз поможет делать хорошую газету.

 

Фото Александра Яремчука, «Сегодня»

detector.media
DMCA.com Protection Status
Design 2021 ver 1.00
By ZGRYAY